Будешь моей, детка

— Заебало, что ты мне эти деньги постоянно припоминаешь.   Или тебе так проще? Удобнее считать, что я тебя заставил? Что вынудил трахнуться со мной? Так?

Она молчит.

Она, блядь, молчит!

— Кончала ты подо мной тоже за деньги, да? — спрашиваю ядовито.

И тут же щеку обжигает резкая боль. А детка стоит, задыхаясь, и в глазах у нее блестят злые слезы.

— Как ты можешь? Как ты вообще можешь мне такое говорить?

Я потираю щеку, словно продляя боль от удара.

— А что я должен сказать, Оль? — тихо спрашиваю я. — Что? Ты меня как будто обвиняешь в чем-то. А я нихера не понимаю, в чем я, блядь, виноват. Я решил твои финансовые проблемы, ты живешь со мной, у тебя все есть. А если чего-то нет, надо просто сказать мне. Ты ж сама от всего отказываешься, я тебе предлагал и ноут новый купить, и телефон…

— Тимур, да не нужно мне это все! — отчаянно говорит она. — Ты не понимаешь что ли? Ты же сам говорил мне, что я с тобой, пока тебе не надоем.

— Да мало ли я фигни говорил, детка. Это когда было? — я пытаюсь ее обнять, но она не даётся.

— Я никто, — жестко говорит она. — Понимаешь? Никто. У меня нет ничего своего, у меня нет никакой уверенности в том, что будет завтра. Да, сейчас я живу с тобой, но ты ведь меня и правда можешь выкинуть на улицу в любой момент.

— Оль, не говори херни. Я же пообещал, что позабочусь о тебе. Даже если мы вдруг разойдемся.

— Это слова, — с усилием говорит она. — Просто слова.

— Стоп, — я замираю. — Ты… ты мне не веришь? Ты серьезно мне не веришь?

Она неловко пожимает плечами и отводит взгляд. А меня будто под дых ударили.

Охуеть. Она мне не верит…

После всего, что было у нас, она мне не верит. Это как вообще?

— Забавно, детка, получается, — с трудом выталкиваю я из себя слова. — То есть, по-твоему, я мудак. Трепло, которое не умеет держать своего слова и на которое нельзя положиться, так?"

"— Тимур, я не это имела в виду, — испуганно бормочет она. — Я про другое…

— Мне что, расписку тебе, блядь, написать? — рявкаю я — Или к нотариусу пойдем? Нет, это же все не то, ты ж такому не веришь. Окей, давай заплачу сразу за все твои оставшиеся семестры. Сколько их там еще? Четыре? Пять? Тогда, блядь, ты будешь чувствовать уверенность в завтрашнем дне? Это подойдет?

А сам в этот момент какой-то отстраненной частью сознания думаю, что такую сумму единовременно я найду, только если продам свою любимую машину. Можно еще конечно у отца взаймы взять, но нет. Лучше продам Феррари. Хер с ней, с тачкой. Есть вещи поважнее.

— Да не надо ничего платить, Тимур. Я вообще не про это, — тихо говорит Оля. — А ты все никак не поймешь. Я не прошу меня уговаривать или убеждать. Я уже все решила. Я поеду на эту стажировку. И сделаю все, чтобы там остаться.

— Какого хрена, детка?! — я хватаю ее за запястья и притягиваю к себе.