Брак на пари

— Если бы вы были мужчиной, я за такое обвинение вызвал бы вас на дуэль, — с вкрадчивой угрозой проговорил граф.

— Если бы я была мужчиной, я с удовольствием всадила бы в вас пулю. Никому я вас представлять не буду. Отправляйтесь лучше восвояси.

— Нет, это… невозможно. Я собираюсь пробыть в Лондоне, по крайней мере, несколько месяцев.

— Значит, в Европе вас ищет полиция? Это меня нисколько не удивляет. Уходите из моего дома. Я же сказала, что ни за что…

Граф поднял руку, не дав ей договорить. На его лице была написана такая злоба, что Эмме стало не по себе. С Орсино надо быть осторожной! Несмотря на свою внешнюю невозмутимость и галантность, он был беспощадно мстительным человеком. Скольких людей он погубил!

Граф, казалось, что-то обдумывал. Тишину комнаты нарушало лишь тиканье часов на камине. Через какое-то время, видимо, приняв решение, Орсино встал.

— Мы поговорим с вами в другой раз, — сказал он. — Когда у вас будет настроение получше… Эмма поняла, что он не отвяжется от нее просто так.

— Мое настроение тут ни при чем. Ничего вы от меня не добьетесь.

Граф усмехнулся.

— А это мы еще посмотрим, — только и ответил он, выходя из гостиной.

Тетушка тут же принялась бранить Эмму за невежливое обращение с гостем. Эмма же смотрела на закрывшуюся за Орсино дверь. Их уговор с Колином Уэрхемом не предполагал появления подозрительных личностей из ее прошлого. А что граф Джулио Орсино еще не раз даст о себе знать, не вызывало у нее ни малейшего сомнения.

Глава 5

Эмма закончила туалет и встала перед большим зеркалом. Бальное платье получилось даже лучше, чем она предполагала. Голубой атлас выигрышно оттенял голубизну ее глаз. Волосы, перехваченные сзади, каскадом мелких колечек спадали на спину. Поверх юбки была наложена серебристая сетка. Эта кудесница Софи нашла где-то тонкую серебристую тесьму и оторочила ею вырез платья и маленькие буфы. Платье было пошито элегантно и со вкусом и полностью удовлетворяло Эмму. Такого красивого платья ей не приходилось надевать уже много лет.

В полуоткрытую дверь заглянула леди Арабелла.

— Приехал! — выдохнула она."

"Тетушка была в таком волнении, точно это ей, а не Эмме предстояло быть представленной семейству Уэрхемов и высшему обществу. Она заражала Эмму своей нервозностью.

— Восторг, а не платье! Я же тебе говорила, что Софи — гениальная портниха.

— Совершенно верно, — подтвердила Эмма.

Она взяла со стула серебристую газовую накидку, набросила на плечи и еще раз глянула в зеркало. Нет уж, к ее туалету родные Колина не смогут придраться. Конечно, они найдут к чему придраться, но, по крайней мере, на этот счет она может быть спокойна.

— Сент-Моур красив как бог, — щебетала тетушка, семеня за Эммой по коридору. — Тебе все будут завидовать, дорогая.