Брачные ошибки

Долго размышляла, как именно сообщить герцогине о том, где меня найти. А в том, что она захочет меня найти, я практически не сомневалась. Думаю, что каждый, кто увидит эту песочную игрушку у герцогини, пожелает приобрести себе такую же. И у неё будут спрашивать, где взять похожую вещь. И вовсе не факт, что в канцелярии остались списки тех, кто участвовал в благотворительной акции, и что меня смогут найти по этим спискам.

В конце концов я сделала самую простую вещь: визитную карточку. Из листа плотной белой бумаги вырезала небольшой прямоугольничек, на котором максимально разборчиво написала: баронесса Эльза Мария Анна фон Герберт, проживающая в собственном доме на улице Садовой в предместье Тауберг.

Этот прямоугольничек я аккуратно подсунула в нижний левый уголок картины, слегка заведя его под рамку. Затем картинку завернула в грубый холст, сверху в белое полотно, которое я лично перевязала синей атласной лентой. Что-либо зашивать или паковать в ящик я не рискнула, так как боялась, что мне не дадут времени вынуть подарок.

***

С утра я наряжалась особенно тщательно. Из всех туалетов, которые я отбила у дяди, самым дорогим оказалось тёмно-синее шёлковое платье с парчовыми вставками. Признаться, для зимы шёлк был холодноват. Но я решила потерпеть: мне требовалось выглядеть не просто привлекательно, а ещё и богато.

Берта хлопотала вокруг меня, укладывая волосы в прическу и скалывая пряди шпильками с небольшими, чуть кривоватыми речными жемчужинами. На руке у меня ярко светилось кольцо с сапфиром. Единственное украшение, которое мне досталось от мужа, то самое, которое он надел мне на палец в церкви.

Вместо сапог я надела туфельки с медными пряжками, украшенными бирюзой, и со вздохом посмотрела на себя в зеркало. Нельзя сказать, что я выглядела роскошно, но все же смотрелась как минимум не хуже обеспеченных горожанок. Еще раз вздохнула и подумала, что с первых заработанных денег мне просто необходимо будет приобрести положенную статусу одежду и несколько украшений. С этими мыслями я и отправилась к коляске, которую уже поставил у крыльца Бруно.

Берта торопливо закутала мои ноги теплой суконной накидкой и подпихнула под ступни завернутый в ткань кирпич, нагретый Брунхильдой на плите. Морозов серьезных ещё не было, так что чувствовала я себя вполне уютно.

- Выдумали тоже, туфельки зимой! – недовольно пробурчала компаньонка. – Вот как простынете и заболеете, будете знать…

Я понимала ее опасения, но всё же сапоги у меня были не слишком красивые. А обед у герцогини – это мой шанс: выглядеть нужно как можно более презентабельно.

Сегодня все женщины были одеты максимально роскошно. Пожилые тётушки, приходившие шить в скромных, даже скучных шерстяных платьях, были разряжены в бархат, парчу и атлас.