Бомба для империи

Скоро в Петербурге нам двоим стало так тесно, что я был вынужден подать рапорт с просьбой о переводе на службу куда-нибудь в иное месте. И получил назначение в Нижний Новгород. Но она достала меня и там, продолжая требовать денег и не давая проходу. Тогда я оставил Нижний и перевелся сюда, в Казань. Но она снова последовала за мной и…

Окончания фразы Сева уже не расслышал. Он уже летел, летел в тот дом на Грузинской улице, в котором жила Ксения. Но там ее уже не было…

– Еще что есть? – после весьма продолжительного молчания спросил Всеволод Аркадьевич.

Воспоминания оставили его, и теперь он снова был собран и деятелен.

– Есть еще две банкирские конторы, занимающиеся покупкой, продажей и хранением процентных и прочих ценных бумаг, – продолжил свой доклад Ленчик. – Разные закладные, векселя, долговые расписки. Также они ссужают желающих деньгами. Правда, не всех, а только состоятельных. И берут хорошие проценты за это. Первую контору держит господин Печенкин, она находится на улице Воскресенской, а вторая записана на купца Щербакова на Большой Проломной. Это все.

Ленчик замолчал и уставился на Севу.

– Итак, господа, – принял официальный тон Долгоруков, – выбор у нас весьма небольшой. Это Волжско-Камский коммерческий банк.

– Это точно, больше и выбирать нечего, – поддакнул Огонь-Догановский. – Вот у нас в Смоленске таких кредитных банков – полтора десятка!

– Так то в Смоленске…

– Интересно, там еще служит господин Бурундуков? – раздумчиво произнес Африканыч и с интересом посмотрел на Севу.

– А если и служит, так это скорее хорошо, нежели плохо, – отозвался тот. – Вспомнит нас как старых знакомых, глядишь, и замолвит за нас словечко.

– А вы там… не наследили, господа? – спросил Огонь-Догановский, знавший о «деле Скалона» из рассказов Африканыча.

– Нет, все было сработано чисто, – заверил его Всеволод Аркадьевич.

– Чище не бывает, – добавил Ленчик как непосредственный участник дела семилетней давности.

– Хорошо, – буркнул Алексей Васильевич.

– Нам, скорее, нужен начальник кредитного отдела, – сказал «граф» Давыдовский.

– Он все равно один решать ничего не будет, – сказал в ответ Долгоруков. – Значит, давайте так: присмотримся ко всем, кто имеет решающее влияние на решение по выдаче или невыдаче кредитов. С бумагами у нас все в порядке?

– Почти, – ответил Давыдовский. – Когда же на руках у нас будет концессионное соглашение, то все будет в полном порядке.

– А когда оно будет? – спросил Сева.

И все повернулись в сторону Африканыча.

– А что это вы все на меня смотрите? – спросил Неофитов, уже понимая, что от него требуется.

– Так ты у нас самый красивый, – ответил на его вопрос Огонь-Догановский.

– Это верно, – согласился тот.