Больно только в первый раз

Она выходит из ворот своего дома, одетая в короткую куртку и узкие джинсы, а плечи укрывают распущенные волосы…

Глава 50

Расул

Полина садится в машину.

На ее лице косметика. Макияж. Такой, который не на каждый день и к которому обычно прилагается очень горячий комплект белья под ее одеждой.

Черное кружево или красное.

В последний раз я видел такой макияж у Полины в тот день, когда мы встретили Минаевых. И тогда, и сейчас мысль очень сильно сверлит голову.

За волосами не вижу, какие в ее ушах украшения, но это уже и не важно, в башке вертится вопрос другой: черное или красное?

Полина возится с ремнем, скользнув по мне взглядом. Я ловлю его где-то на своих коленях, потом на лице. Взгляд у нее слишком прямой, чтобы я мог назвать ее настроение легким, но она к любым вещам, как правило, относится серьезно, я к этому привык. И мне нравится узнавать, о чем она думает, хотя сейчас гораздо больше хочется ее губ под своими. Просто, твою мать, ее губ…

— Привет… — говорю я, отъезжая.

— Привет… — тихо произносит Полина.

Я чувствую мощный прилив удовлетворения от ее присутствия, этого достаточно, чтобы расслабиться. Напряг случается, когда Полина заходит в квартиру и начинает осматриваться, раздевшись.

Я медленно следую за ней, давая пространство.

Здесь для двоих его предостаточно, по крайней мере, в моем понимании.

Я никогда не забывал, что мы с ней из разных пеленок, что она привыкла к лучшему. Думать, что это несущественно, было бы тупостью.

Наблюдаю за ней. За тем, как она проходит к окну мимо плазмы, которую я сегодня повесил, и мимо стоящего напротив дивана.

На ней узкая футболка, и, возвращаясь к вопросу, красное или черное… Лифчик она вообще не надевала.

Я выдыхаю, посмотрев на окно. За ним уже темнее.

Вид здесь тоже неплохой. Опять же, на мой взгляд.

— Я для тебя вино купил, — говорю я, пристроившись плечом к стене. — Есть еда… или можем заказать…

Полина разворачивается и складывает под грудью руки. Смотрит на люстру и говорит: — Я случайно нашла твою соцсеть… я не знала, что она у тебя есть… Ксюша тебя отметила.

— Я там уже год не появлялся.

— Да, — отзывается Полина. — Я заметила…

Переведя на меня глаза, она в лоб спрашивает: — Кто такая Динара Салихова?

Молчу, соображая, что должен ответить.

На лице Полины подсказок ноль, но она пришла в мою квартиру без лифчика, может, это долбаная подсказка?

— Она тебе оставила послание. Под фотографиями, которые Ксюша опубликовала, — поясняет Полина будто между прочим.

— А-а-а… — тяну я. — Понятно.

Я хочу свернуть эту тему. Хочу этого очень сильно. Сейчас Динара меня вообще не интересует. Я знаю, что она дома. Знаю это от друга, который тренируется у ее отца. И мне все равно. Но, поймав на своем лице взгляд Полины, понимаю, чего от меня ждут.