Больная родина

Он не мог идти медленно, несся так, словно ему пружины к пяткам прицепили, шмыгнул в калитку, побежал по дорожке, присыпанной гравием. Соседские участки отсюда не просматривались, их заслоняли кусты и живая изгородь. Анна Владимировна любила покой и уединение.

Гайдук на цыпочках взлетел на крыльцо, промчался через веранду, освещенную солнцем. На кухне никого не было. Он заскочил в комнату, где основным элементом дизайна были старые фото Павлика и Стаса, а обстановка ограничивалась кроватью и шкафом. Тут Сергей и перехватил угрюмый взгляд Гаевского.

Одна фрамуга была распахнута, открыть другую женщина не успела. Видимо, хотела позвать на помощь. Она лежала под батареей, вывернув голову, лицо распухло до неузнаваемости. Длинная юбка была порвана, тапочки слетели с ног. На горле отпечатались синеватые борозды.

Сергей оцепенел, не мог оторвать глаз от мертвого тела. Любое убийство можно хоть как-то объяснить — корыстью, ревностью, жаждой мщения. Но только не это. Пожилую женщину лишили жизни просто так, от злости. Убийцы были уверены, что им за это ничего не будет. Ворвались взбешенные, обезумевшие от ярости, схватили ее за волосы, требовали информации, которой у нее не было. Стали швырять по комнате, избивать. Потом схватили за горло и задушили. Это случилось за несколько минут до появления «Нивы» в переулке.

Гайдук тупо смотрел на покойницу. Почему умирают хорошие люди, а какая-то шваль, возомнившая себя цветом нации, упивается своей безнаказанностью?

— Я их убью… — прошептал он, не узнавая своего ломающегося голоса. — Всех до единого, камня на камне тут не оставлю. Костик, поехали. Мы должны их найти.

— Не гони, включи голову, — буркнул, отворачиваясь, Гаевский. — Я с тобой, Серега, но действовать безмозгло не позволю. У тебя имеется хоть какой-то план, пусть даже самый завалящий?

Центральную площадь Новодиева пересекала глубокая канава, вылезающая на проезжую часть и огороженная бетонными блоками. Рядом застыл экскаватор с задранным ковшом. На месте прорыва теплотрассы никого не было — выходной день.

На другом конце маленькой площади стояло трехэтажное бесцветное здание, в котором располагалась районная администрация. На первом этаже, согласно информации, полученной Сергеем от Ярослава Григорьевича, размещалась штаб-квартира организации «Возрождение и Порядок». Перед зданием возвышался пустой постамент. Дедушку Ленина смыла волна «народной революции».

Перед входом стояли несколько машин — кто-то из чиновников сегодня трудился. Знакомый черный «Форд» был припаркован в числе прочих, что не могло не радовать. Гаевский прижал машину к бордюру недалеко от экскаватора. В компании двух подержанных «Жигулей» она ничем не выделялась.

— Работаем, — буркнул Сергей, подтягивая сумку.