Боль и сладость твоих рук

— Ты — что? Я ничего не слышу. Ты дома?

— Да, да. Дома. Я тебе сейчас напишу.

— Я тебя не слышу. Ира. Саба. Нижняя.

Улыбаясь еще шире, Ира сбросила звонок и, торопясь, написала сообщение о том, что потеряла голос. И что хочет с ним поговорить.

"Я приеду?" — коротко спросил он. И она кивнула. А потом с улыбкой до ушей написала: "Да".

Следующую минуту она так и сидела на полу, блаженно улыбаясь.

Пока от него не пришло сообщение: "10 минут". Как десять?

Подскочив, словно ошпаренная, Ира в мгновение ока просветлела разумом. Кофе. Она дернулась к плите и в последнюю секунду успела выключить закипающий в турке напиток. Но думать о том, чтобы невозмутимо распивать его, было определенно некогда. Она бросилась в ванну. Может, она будет выглядеть как запойный алкоголик и говорить, как астматик, чье заболевание некстати осложнилось ангиной, но по крайней мере, от нее не должно вонять. Душ. Ей необходим душ.

И только когда она уже стояла под теплой водой, а мысли перестали бешено скакать, хотя сердце все еще продолжало колотиться, до Иры дошло, что она уже принимала душ. И было это всего минут десять назад — прямо перед звонком Тимофею. И даже волосы у нее все еще мокрые.

Черт, черт… решительно выключив воду, она положила ладони на кафельную стену и попыталась дышать ровно. Ей необходимо успокоиться. Вот что ей по-настоящему сейчас необходимо. Но как, если ощущение было такое, что в следующие минуты решится вся ее жизнь? Если ее счастье на волоске, а она даже не знает, что Он чувствует?

Он едет к ней потому, что чувствует себя виноватым или потому, что действительно хочет ее видеть?

Он приедет потому, что она напугала его дурацким хриплым голосом по телефону или потому, что он действительно ждал ее звонка весь месяц?

Потому, что у него сработал покровительственный инстинкт дома или потому, что он действительно был ее домом и не переставал им быть?

Внезапно ее покинули все силы. Ира умыла лицо и замотала волосы полотенцем. Надо было накраситься, хоть немного, но не хотелось даже идти в спальню за косметикой. Она накинула шелковый халат, затянув пояс, и села на край ванны, молча глядя в большое зеркало. Ей почему-то вспомнилось, как она покупала это зеркало, лет десять назад.

Тогда ей казалось, что в ее жизни вот-вот появится постоянный партнер, и она уговорит его жить именно у нее, потому что иначе и быть не могло после того, сколько сил она вложила в ремонт. Взять хотя бы это зеркало шириной почти во всю стену. Или освещение, которое можно приглушить до очень романтичного полумрака. Эта ванна была создана, чтобы заниматься в ней сексом, и они несколько раз это делали с Лори. Но мужчины здесь так и не появилось.

Звонок ударил по нервам.