Школьная бойня

Казалось, он был готов ухватиться за любой предлог, чтобы только не сидеть на месте.

– Николай, лучше воды. Холодной, – мягко попросил Гуров.

На кухне резко потемнело. Взгляд в сторону окна подтвердил ожидание – солнце скрылось за тяжелой темно-серой тучей.

Вернулся Стас, с камерой в руках.

– Мы можем забрать камеру на некоторое время? – спросил он.

– Да, конечно.

– Я так и подумал. Спасибо. Теперь у нас две камеры и обе ваши. Непременно вернем.

Небо разорвала серебряная молния, и практически сразу раздался раскат грома. Он был настолько мощным, что в ответ тут же радостно отозвались несколько автомобильных сигнализаций припаркованных во дворе машин.

– Наконец-то, – вздохнул Стас. – Отмучились.

Зашумела листва, затрещали ветки старых деревьев. По жестяному карнизу забарабанили увесистые дождевые капли. Кто-то из замешкавшихся на улице завизжал, но не от страха, а от радости. Во всяком случае, так показалось Гурову. Дождь ждали давно. Его хотели.

Николай Веснин отошел подальше от окна. Прикурил, бросил коробок со спичками на стол. Он напряженно всматривался в бурю за окном и, казалось, совсем забыл о том, что был не один.

Звонок мобильного, раздавшийся в кармане Гурова, заставил всех оторваться от прекрасного зрелища, которое устроила непогода. На дисплее появился незнакомый номер, и Гуров поначалу не захотел отвечать на вызов – а вдруг очередная реклама? Но ответил, ибо должностными обязанностями предусмотрено откликаться на любой зов, даже если в инструкции об этом не говорится, а всего лишь предполагается.

– Алло, – произнес Гуров в трубку.

– Лев Иванович, добрый день. Тамара Георгиевна беспокоит. Я недавно была у вас на Петровке.

– Конечно, помню. Здравствуйте.

Гуров взглянул на Стаса с Весниным и показал пальцем на телефон. Извинившись таким образом, он вышел из кухни и остановился в прихожей, возле входной двери, в нижнем замке которой болталась большая связка ключей.

– Я вас, наверное, отвлекаю, но считаю, что дело неотложное, – горячо уверила женщина. – Насчет той самой бутылки вина, которую я видела на столе директора, помните?

– Так, так, – вспомнил Гуров. – Было дело. Вы сказали, что не знаете, откуда бутылка взялась.

– Знаю. Знаю! Вспомнила! Не видела, как она оказалась на столе, но вспомнила, что Вячеслав Иванович упоминал имя того, кто ее принес. Он потом мне сам сказал. Это был папа одного из наших учеников. Веснин. Николай Веснин. Директор еще добавил, что Веснин подарил вино только ему, как бы презент, понимаете? Но директор решил не забирать бутылку вина себе, а оставить ее для предстоящего общего застолья. Наверное, для вас эта информация ничего не значит, но я решила позвонить.

– Нет-нет, вы все сделали правильно, – пробормотал Гуров.