Бойцы Данвейта

Где произрастали эти деревья? В тысячах парсеков, за Провалом, разделявшим галактические рукава, в каком-то из миров фаата… Перебравшись через космическую бездну, фаата засеяли ими Роон, потом их оттуда изгнали, и все, что было на планете, попало в руки землян. В определенном смысле хтаа являлись военной добычей, такой же, как пхоты, о чем ни те, ни другие не ведали. Свары среди разумных не касаются деревьев и зверей… Очутившись по эту сторону Провала, хтаа продолжили шествие по Галактике — сначала укоренились на Земле, потом в земных колониях и, наконец, добрались с переселенцами до Данвейта."

"Дерево было огромным, но еще молодым, не старше сотни лет, и пока не разбрасывало семена. Мощный ствол с темной бугристой корой поддерживал зонтик горизонтальных ветвей, густо усеянных листьями; сквозь эту завесу не пробивались солнечные лучи, и потому под деревом царила прохлада. Вальдес любил здесь сидеть. Перед ним желтела стена казармы, справа от нее торчал нос запрятанного в шахту «Ланселота», а слева виднелись бейри соседей — «Сид», на котором летал Жакоб, и «Джон Ячменное Зерно» Криса Дикинсона. Сюда он и пришел после траурной церемонии, ускользнув от Птурса, который собирался ехать в город, справлять поминки по погибшим. Это была русская традиция, которую Вальдес, наполовину русский, все-таки не понимал. Национальный флюид, побуждавший пить с горя и с радости, улетучился из его души — возможно, развеянный океанскими ветрами или выжженный жарким солнцем тропиков.

В ветвях огромного дерева возились плуми, крохотные дракончики с радужными крыльями. Кто-то привез их на базу из-за Танского хребта, и здесь, в безопасности и покое, они плодились и размножались. Глядя на них, Вальдес подумал, что в Тане и Шире, на двух других данвейтских базах, тоже прощаются с ушедшими в Пустоту. Покойтесь с миром… Эти слова все еще звучали в ушах, возвращая его к Войне Провала — последней, Четвертой, которая длилась восемь лет. Он прошел ее от начала и до конца, от энсина до коммаидера; дважды горел на подбитом «Риме», вел корабль в темной пропасти, где поджидали боевые модули врага, пилотировал фрегаты и корветы, дрался и побеждал, отступал и бежал… Побеждал чаще, ибо Земля уже сломила мощь врагов — их уже не били, а добивали.

Ни один фаата, полностью разумный или тхо, не проник на заселенные людьми планеты, не ступил на их почву, не вдохнул их воздух. Живые фаата Вальдесу вообще не попадались, он видел только вспышки плазмы, прах да опаленные обломки их разбитых кораблей. Но было так не всегда. Кро и другие ветераны прежних войн рассказывали о яростных атаках на Роон, Эзат и Т'хар, о сожженных поселениях, заваленных телами колонистов, о схватках с олками, кастой бойцов, не знавших страха смерти.