Бог Войны

Мои глаза сужаются от ее руки на его предплечье, от того, как она наклоняется ближе, чтобы прошептать что-то ему на ухо. Она отстраняется с чувственным смехом. Его губы растягиваются в небольшой улыбке.

Почему он улыбается ей?

Ревность обжигает мою кожу, и чувства лопаются по швам.

Знаете что?

Я ни за что на свете не смогу ждать, пока стану на несколько лет старше и он наконец увидит меня взрослой. Я должна сделать свой выстрел.

Как говорит папа, если никогда не пытаться, то всегда будешь терпеть неудачу.

Хотя он, конечно, свернул бы Илаю шею, если бы узнал о моей привязанности к сероглазому, мифически красивому принцу.

Который старше меня на шесть лет.

Но возраст — это всего лишь цифра. Я знала, что он мне нравится, с самого детства. Сначала я думала, что это потому, что он такой крутой, красивый и похож на всех сказочных принцев, о которых я читала.

Повзрослев, я начала сравнивать с ним всех мальчиков, актеров и музыкантов.

Все они, кстати, не смогли сравниться с моим Илаем.

Это не безнадежная влюбленность, как говорили Лэн и Реми, и не нездоровая одержимость, как любит напоминать мне Сеси.

Это судьба.

Иначе Вселенная не поставила бы его на моем пути.

Отведя плечи назад, я иду к нему и Кайли, которую я бы, возможно, уволила из маминого НПО8, если бы не знала, что она хорошо справляется со своей работой.

Я не свожу с него глаз, и чем ближе подхожу, тем ослепительнее он становится. Мне трудно дышать из-за того, как он прекрасен. Высокий, смуглый, мужественный, пахнущий таинственными облачными ночами.

Он очень хорошо сложен — мускулистый, но не громоздкий. Принц насквозь.

— Привет, извини, что прерываю, — объявляю я своим обычным бодрым тоном и касаюсь бицепса Илая, стараясь не задеть напряженные мышцы. — Тебя ищет тетя Эльза.

Незаметно, но он выскальзывает из-под моей руки, делает шаг назад и улыбается Кайли.

— Было приятно поговорить с тобой.

— Надеюсь, мы сможем сделать это снова в ближайшее время?

— Надеюсь.

Она улыбается мне, вероятно, не видя во мне угрозы, и я отвечаю ей пластиковой улыбкой.

Однако у меня нет возможности сосредоточиться на ней, потому что Илай уже уходит.

Я бегу трусцой, стараясь не споткнуться на своих шпильках, и догоняю его длинные шаги.

— Она не у бассейна, — говорю я, зная, что она с моей мамой и мамами других моих подруг, которые, вероятно, делятся историями о своих мужьях.

Его взгляд, серый и загадочный, переходит на меня, и мне требуется нечеловеческое усилие, чтобы не съежиться.

Почему ему удается без особых усилий вывести меня из равновесия? Я очень надеюсь, что наступит день, когда я не буду так страдать от его внимания. Это одновременно пугающе захватывает и утомляет.

Он приподнимает бровь.

— И где же она?

— Следуй за мной.