Бог Ярости

Его маниакальный взгляд вырывается на поверхность, весь яркий и дестабилизирующий. Как смертоносный шторм.

— Что? Да поможет тебе Бог и что? Что ты собираешься сделать? Не оставляй меня в неведении.

Он вжимается в меня с каждым словом, пока его обнаженная грудь не упирается в мою. Неведомые эмоции взрываются и растекаются по мне.

Это удушающе и неправильно.

Как замена тошноте. Только намного хуже.

Знаете что? Он может оставить мои наушники себе. Я все равно больше не надену их.

Я делаю шаг назад, а он — вперед, его грудь по-прежнему прижата к моей, сердце стучит в неровном ритме.

Или это мое?

Не дожидаясь ответа, я разворачиваюсь и бегу.

Понятия не имею, куда бегу и придерживаюсь ли я своего обычного маршрута, когда проношусь между деревьями.

Я бегу быстро.

Так быстро, как только могу.

До тех пор, пока мои мышцы не затрещат, а легкие не загорятся.

Черные чернила мчатся за мной длинными вихрями и резкими штрихами. Воображаемые руки хватают меня за футболку и тянут.

Мое дыхание сбивается и становится неровным.

Нет.

Ты контролируешь ситуацию. Ты всегда контролируешь ситуацию, помнишь?

Всегда.

И все же я покачиваюсь, когда эти руки сжимают, скручивают, дергают и…

Твердый предмет ударяется о мою спину, и меня так неожиданно толкают, что я падаю головой вперед на землю.

Я кашляю и отплевываюсь от грязи, мои легкие горят, а зрение затуманивается."

"Горячее дыхание согревает мне ухо, прежде чем очень знакомый раздражающий голос шепчет:

— Не убегай от меня, цветок лотоса. Ты делаешь это уже во второй раз, если считать инициацию, то третий. Мне немного больно.

Я выдыхаю воздух, радуясь тому, что не попался на удочку своего извращенного воображения.

Но тут до меня доходит, что Николай на мне.

Снова.

На этот раз его колено упирается мне в поясницу, а рука сжимает мой затылок, пока он говорит мне на ухо.

Снова твою мать.

— Ну…? — он улыбается, и я знаю это, потому что его губы изгибаются у чертовой раковины моего уха. — Эта поза мне немного знакома. Не то чтобы я жаловался.

— Николай, — рычу я, мои нервы начинают сдавать. — Отвали от меня к чертовой матери.

— М-м-м. Еще. Дай мне, блять, еще, — рычит он мне на ухо.

— Отвали.

— Вот так. Борись со мной. Мне нравится эта энергия, цветок лотоса.

— Тебе не понравится, когда… — я замолкаю, прежде чем сказать, что откушу ему голову.

Боже правый. Это не я.

— Что? Мне не понравится, когда ты что? — он говорит это так близко, что я чувствую его слова своим ухом, а не слышу их. — Тебе нужно перестать обрывать себя на полуслове. Это незнание убивает меня. Ты играешь в недотрогу, прекрасный принц, но я не против. Борись со мной. Дерись со мной. Сражайся со мной, мать твою!

Я пихаю его локтем.

— Ты отвратителен. Отвали.