Блондинка-рабыня

— Вам лучше знать! Ведь вы были там!

— Это еще одна ложь. — Голос ее звучал холодно. — Я не была там.

— Хорошо, — мягко согласился Каллаган. — Значит, во время стрельбы вас там не было. В таком случае вы были там после… Я так и думал. А если это не так, откуда, черт возьми, вы знаете, как это случилось? Отвечайте! — Она молчала.

— Ладно, — взорвался Каллаган. — Поступайте как хотите. Но я думаю, что вы ведете себя как дура. Если вы хотите помочь Уилфриду Ривертону, то ваше поведение тем более странно. Мне это не нравится. Подозрительно… дьявольски подозрительно.

Он вызывающе улыбнулся, а ее лицо побелело от гнева.

— Я ненавижу вас, — сказала она. — У вас какая-то извращенная логика. Вы, видимо, слишком часто имели дело с преступниками и мошенниками и не можете поверить, что нормальный порядочный человек может поступать честно и помогать правосудию…

— Вот это здорово! — громко рассмеялся Каллаган. — Вы что, воображаете себя помощником правосудия? Но если это так, то почему вы скрываете правду? Почему вы не расскажете, что случилось, — насколько вам это удалось узнать, пока вы находились на борту «Сан-Педро»? Вам нечего беспокоиться, можете спокойно рассказать мне все, потому что ответ я и сам знаю. Вы не говорите, потому что не можете сказать — вы боитесь.

— Может быть, я и боюсь, мистер Каллаган, — мрачно отозвалась она. — Но мое молчание сейчас, возможно, полезнее, чем все эти разговоры.

— Возможно, — усмехнулся Каллаган.

— Вы ужасно уверены в себе, не так ли? Какой он умный, этот мистер Каллаган! Вы даже не представляете себе, насколько разумнее для вас вести себя тактично. Ведь я могу попросить «Селби, Рокс и Уайт» потребовать от вас отчета об израсходованных пяти тысячах фунтов. Вы хотите, чтобы я это сделала, мистер Каллаган?

— Нет, — ответил Каллаган. — В настоящий момент я не могу ответить на этот вопрос утвердительно. — Он встал. — Я буду действовать, как считаю нужным. Но должен сказать вам, что не стоит особенно беспокоиться из-за показаний Уилфрида. Об этих показаниях знают только клиент и юрист, то есть Уилфрид и мистер Гагель. Никто другой их не видел, а если Щенок сам решит дать ход делу, никто не будет ему мешать. Возможно, они получат новые доказательства. Или вы что-либо сделаете. — Он улыбнулся. — Считайте для себя большой удачей, что этим делом занимаюсь я. Если бы не я, могло быть гораздо хуже. Вы понимаете, что я имею в виду?

— Не знаю. — Она почти хрипела от злости. — И не хочу этого знать. Я вам не верю. И почему вы считаете, что делаете это ради меня? Вы думаете, меня это интересует?

— Не очень, — весело ответил Каллаган. — Не думаю, что и меня это особенно интересует. В таких делах я действую, невзирая на личности, если вы понимаете, что я имею в виду.