Блатные псы

Сам дежурным по изолятору пойду. Понятно, понятно. Да, все меры примем. Да не за что, Львович, одно дело делаем… – Ожогин положил трубку и озадаченно посмотрел на Гришу: – Пути Господни неисповедимы. Но ведут к одной цели. Если эта цель праведная… Одинцов тоже на Нестроева вышел.

– А мы Нестроева взяли.

– Осталось только его расколоть. Но и этого мало. Помнишь, что с Гударевым было? То-то же… Будем превращать наш ИВС в изолятор усиленной охраны.

Гриша все понимал. Семен Нестроев – прямой путь к господину Никиткину. Фраер на все пойдет, чтобы закрыть ему рот. А возможности у него для этого есть.

Удар по этим возможностям нанесен серьезный – группа Сколкова выведена из игры, команда Нестроева обезглавлена. И все же Никиткин очень опасен…

Худой, неказистый, среднего роста, маленькие крысиные глазки… Глядя на Нестроева, трудно было поверить, что Никиткин рискнул сделать на него главную ставку в своей войне против Лукомора. Но тем не менее все так и было. Более того, в этом не хотелось сомневаться.

– Фамилия? – Ожогин всем своим видом давал понять, что никуда не торопится.

И Гриша никуда не спешил. Диван у них в кабинете мягкий, удобный, и он удачно на нем разместился. Рана ничуть не беспокоит, и слабость не одолевает.

– Нестроев Семен Денисович.

Ожогин без спешки вывел в протоколе имя, фамилию, отчество. Спросил год рождения, получил ответ, сделал запись.

– Улица Железнодорожная, дом восемьдесят семь.

– А что вы делали на улице Профсоюзной? – глядя на кончик авторучки, сухо спросил Ожогин.

– А это не одно и то же?

– Ну, если вы приехали в гости надолго, то в принципе одно и то же… Или вы к Ивану Дмитриевичу пришли? Без машины вы у него гостили, машину дома оставили, на улице Железнодорожная. Или я не прав?

– Да, свою машину я оставил дома.

– И беспорядок вы в доме оставили.

– Беспорядок? – нахмурился Нестроев.

– Дома у вас все вверх-дном. Участковый говорит, что кто-то рылся в ваших вещах, что-то искал…

– А кто позволил участковому входить ко мне в дом? У него было постановление?

– Мы уже работаем над этим. Ваш подельник написал чистосердечное признание, судья подпишет постановление на ваш арест, ну и постановление на обыск, само собой… А участковый к вам в дом не ломился, там и калитка была открыта, и дверь… Давно вы дружите с Гаврилиным?

– Ну, дружим… А что? – растерянно спросил Нестроев.

– Никиткин знает о ваших отношениях?

– Никиткин? – Голос у задержанного заметно дрогнул. – А кто это?

– А где вы сейчас работаете?

– Нигде. Насколько я знаю, за тунеядство сейчас не привлекают.

– В хорошем смысле этого слова.

Ожогин скривил губы в ехидной усмешке.