Битва президентов

Хотя нет, Украина исключается. После смены руководства тамошние националисты попритихли.

– Но они остались.

– Что вы хотите этим сказать?

– Мы использовали самую совершенную спутниковую аппаратуру для того, чтобы прослушивать телефонные разговоры первых лиц именно тех государств, которые вы перечислили, – пояснил Воротников. – В той же последовательности, между прочим.

– И что удалось выяснить? – строго осведомился Астафьев, тщательно скрывая то, как польстила его самолюбию последняя реплика собеседника.

– Удалось выяснить, что к афере причастны наши спецслужбы, – ответил Воротников. – Конкретно: некто Разин Алексей Анатольевич. Полковник… – помявшись, Воротников заставил себя выговорить: – Полковник ФСБ.

– Что?!

– Полковник ФСБ, начальник оперативного отдела Департамента по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом.

– Докатились, – произнес Астафьев с угрозой в голосе.

– Этот самый Разин, – продолжал Воротников, состязаясь в бесстрастности с роботом, – недавно побывал в Киеве, где встретился с сыном бывшего президента Украины…

– Мищенко! Опять Мищенко! Куда же без него!

– За умеренное вознаграждение Андрей Мищенко свел Разина с отцом, а тот направил его в Тбилиси к Шахашвили.

– Ну да, – саркастически хмыкнул Астафьев. – Рука руку моет… только никак не отмоет от налипшей грязи.

Воротников никак не отреагировал на едкое замечание.

– В Грузии следы полковника Разина теряются, – сказал он. – По всей видимости, где-то в подвалах недавно созданной политической жандармерии. Ну а Михаил Шахашвили связался вчера с Мирославом Корчиньским и предложил ему купить фильм за двадцать миллионов долларов. Естественно, утверждая, что это подлинные съемки, сделанные скрытой камерой. Корчиньский, как вы знаете, борется за пост президента, и подобная сенсация способна обеспечить ему победу. Нет никаких сомнений в том, что он обнародует фильм в польских средствах массовой информации, после чего Запад раскрутит его на всю катушку. – Голос Воротникова упал, он заговорил медленно, с трудом подбирая слова: – Анатолий Дмитриевич, мы на краю пропасти. Никто не станет подвергать видеоролик серьезной экспертизе. Фальшивку будут выдавать за подлинник. Вы помните, что творилось во время вооруженного конфликта в Цхинвали. Британские и американские СМИ видели только то, что хотели видеть, а наши доводы отметали как несущественные.

– Теперь у них появится материал погорячее, – тоскливо пробормотал Астафьев. – Еще бы! Российские спецслужбы использовали искусственный туман для устранения политической верхушки Польши. Это будет уже не холодная война. Это… – Президент умолк.

– Вот почему я настаивал на аудиенции, – сказал Воротников.