Билет на ковер-вертолет

Вера решила, что незнакомка молода: подняв упавшие на плитку ключи, та не стала вызывать лифт, а побежала по лестнице вниз и уж очень ловко перепрыгивала через ступеньку, женщине в возрасте такое не проделать.

— Может, то была Аня? — совершенно зря перебила я Веру.

— Нет, — безапелляционно ответила Данильченко. — Галкина жердь заборная, длиннющая, по потолку башкой чиркает, а эта была нормального роста.

— Ладно, говори дальше, — велела я."

"…Предвкушая замечательный куш, Данильченко решила тщательно провести следствие. До сих пор Вера имела дело лишь с опростоволосившимися бабами и легко запугивала их словами: «Пойду расскажу все твоему мужу».

Но теперь ей предстояло иметь дело с мужчиной, и Данильченко слегка занервничала: вдруг Макаркин возмутится, еще ударит соседку… Следовало подготовиться как следует, собрать улики.

В девять утра неугомонная Вера заняла позицию у глазка. Ждать пришлось недолго, загрохотал лифт, из него вышла Лиза и встала около двери в свою квартиру. Данильченко подхватила приготовленное заранее помойное ведро, выскочила на площадку и старательно изобразила удивление:

— Привет, Лизок, откуда утром возвращаешься? Эх, плохо за тобой Антон присматривает!

— Все бы тебе глупости выдумывать, — устало отозвалась медсестра, — я же сутками работаю.

— Ой, и правда, — залопотала Вера, — уж извини, неудачно пошутила! И че, целую ночь не спишь? Больные небось требовательные?

— Раз на раз не приходится.

— Неудобно-то как…

— Ничего, я привыкла.

— На службу часто ходить надо?

— Сутки в клинике, двое дома, — пояснила Макаркина и захлопнула дверь.

Вера произвела в уме простые расчеты и в нужный вечер устроилась около глазка. Ничего интересного не происходило. Около восьми вечера притопал Антон, в девять к нему заявился мужик, вероятнее всего пациент, потому что Макаркин, одетый в белый халат, проводил дядьку в одиннадцать к лифту и сказал на прощание:

— Главное — осторожность, никаких скручиваний.

— Спасибо, — кивнул больной, — руки у вас золотые.

Макаркин улыбнулся, клиент укатил вниз, на лестничной клетке установилась тишина. Любая другая женщина устала бы так долго сидеть на табуретке, но Вера не привыкла легко сдаваться. Она была уверена, что любовница обязательно придет, и терпеливо поджидала бабенку, посматривая то в глазок, то в женский журнал.

В конце концов терпение ее было вознаграждено — около часу ночи послышались очень осторожные шаги, и наблюдательница приникла к глазку. По лестнице поднималась та же самая дама в синих джинсах и курточке. Голову ее вновь тщательно укрывал капюшон.

Поздняя визитерша приблизилась к двери Макаркиных, но не стала нажимать на звонок, а постояла секунду у порога, потом приоткрыла створку и тенью шмыгнула внутрь.