Единица безумия

Мне нравится приезжать сюда, что-то делать. Здесь красиво. Сегодня полы стелим.

Еще не пожелтела листва, но уже во всем чувствовалась осень. Тянуло палым листом и сидром – от запаха подгнивших яблок, усыпавших землю под старыми кряжистыми яблонями.

Они поднялись на второй этаж, и Федор принялся вытаскивать из комнаты строительный мусор. Увидев Рыся-младшего, Марк как будто не удивился, а если и удивился, виду не подал. Как Андрей понял, для Каверина это нормально. Эмоций он обычно выражал не больше, чем каменный утес. Марк перестал орудовать гвоздодером, которым срывал прогнивший пол, и остановил на госте внимательный взгляд. Рысь, столкнувшись с его темными глазами, засомневался в правильности решения нагрянуть к мужикам на дачу. Хоть Федя и встретил его доброжелательно, все же это их территория. Здесь он не начальник, не богатенький сынок, он им даже не приятель.

– Ты помочь приехал? – спокойно спросил Каверин. – Нам бы помощь не помешала.

– Почему бы и нет, – тут же откликнулся Андрей, скинул куртку и поискал глазами, куда ее повесить. Стены, обитые вагонкой, были пусты – ни крючков, ни вешалок, поэтому бросил на перила.

– Тащи вниз этот хлам.

Взяв с подоконника чистые строительные перчатки, натянул их на руки и поволок сорванные половицы на улицу.

– Вон туда давай их! – вскинул руку Федор, указывая на расчищенное место рядом с беседкой, густо оплетенной виноградом.

Андрей бросил доски и вернулся в дом.

– Марк, извини. Женя не хотела, – как бы между делом начала оправдываться за супругу. – Баба есть баба, что с нее взять.

Мало в его жизни было людей, за которых мог поручиться. За Сашку Коваля, само собой. Но то совсем другое дело. Сашку сто лет знал, сколько вместе пережито и перемолото. Именно поэтому с Женькиной проблемой к нему не полез. Коваль честный и принципиальный, с твердой профессиональной позицией. Не хотелось его подставлять – пусть таким и остается. А за Женю вот говорил. Несмотря на весь ее суровый жизненный опыт, она была бесхитростна, доверчива и по-своему наивна.

– Нормально все, не кошмарь ты ее. У моей такая же манечка.

– Какая?

– Ревность. Какая еще, – посмеялся Марк. – На самом деле, Андрюша, ты молодец. Ведь мог бы наплевать, правда же? Ничего не говорить, не объясняться. Ляпнула баба и ляпнула… мелочи. Однако ты приехал, и я это ценю. – Марк крепко пожал ему руку и, не отпуская хватки, тихо добавил: – Но, если еще раз выйдешь из дома без охраны, отлуплю.

– Ладно тебе, подумаешь, прокатился разок в одиночестве. Что ж мне теперь и в туалет ходить с этими большими парнями? – засмеялся Андрей, но Каверин не разделил его веселья.

– Будешь и в туалет с ними ходить, если понадобится. Ты правда не понимаешь? Рвать тебя будут как собаки. В этой игре ты тот козырь, которого никто не ожидал.