Индульгенция 3. Без права на смерть

Но поверьте мне, я сделаю это со всем почтением, хотя, конечно же, предпочел был Беф Бургиньон, запивая его Шато Брион… Но что же это я⁈ Как бы ни был силен голод, истинному аристократу не стоит забывать о манерах! Прошу вас проследовать за мной, в мое скромное жилище, дабы мы, перед тем как утолить голод телесный, могли предаться светской беседе. Признаюсь, я жажду новостей из мира и ответов на возникшие вопросы!

— Что ж, маркиз, я принимаю ваше приглашение. Ведите. Уверен, два аристократа смогут понять друг друга и найти компромисс.

— Ах, как же мне не хватало подобного общения! — мне показалось, что в голосе прорезались слезы. — Идемте же, идемте….

Темный туман соткался в человеческую фигуру, которая быстро заскользила между деревьями. Ну а я следовал за ним.

Глупо? Безрассудно? Нет. Мне кажется, я стал догадываться, кто это и как ему помочь. И думаю, у меня получится сделать так, чтобы и он остался доволен, и мне не пришлось его убивать. По настоящему благородных разумных слишком мало во всех мирах, чтобы вот так просто разбрасываться их жизнями.

Шли мы недолго — мне открылась поляна, на которой стоял неказистый шалаш. Это грубое и примитивное жилище, казалось, могло развалиться от легкого ветерка. Неряшливо переплетенные ветки, покосившиеся опоры, ну, и крыша, зияющая дырами…

Однако маркиз, кажется, считал его как минимум дворцом, в котором и императора не зазорно было бы принимать.

Чуть сбоку от шалаша стояли два пенька и каменная плита, видимо, символизирующая стол.

— Прошу вас, князь, располагайтесь. У меня все по-простому, — заявил дух, устраиваясь на одном из пней.

А я что? Плохо сидеть всяко лучше, чем хорошо стоять, так что я сел напротив и даже поерзал, устраиваясь поудобней.

— Ах, князь, знали бы вы, как я страдаю! — начал он. Черты его слегка плыли, пока не сформировался образ довольно молодого человека, одетого в старинный дворянский костюм. Широкая шляпа, сорочка, поверх которой был одет колет, штаны, чулки и щегольские туфли. Сбоку на поясе висела шпага, украшенная камнями.

При этом других цветов, кроме черного и серого, фигура не имела. Но так я хотя бы мог понять, с кем разговариваю.

Мои подозрения усилились, как и понимание того, что нужно сделать. Тем временем маркиз продолжал:

— Ни тебе изысканного общества, ни достойного аристократа обслуживания, ничего!.. Куда не пойди — все кричат, нападают, кидаются магией…

— Быть может, потому, что вы, маркиз, хотели их съесть? — заметил я.

— Ну да, хотел, — ничуть не смутился он. — Но согласитесь, истинно благородные люди должны помогать друг другу! И моя жизнь всяко важней жизни какого-то простолюдина или мелкого дворянина. И уж вы мне поверьте, иных тут не было. Я благородную кровь за сотню лье почувствую. Вот как, например, вашу.