Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ

Михаил Сергеевич как-то на Чёрном море решил пожёстче меры применить и невзначай Стёпку с лодки столкнул. Думал, хватит мужества бороться, выплывет и страх навсегда потеряет. Степан лишь воды морской наглотался и ещё больше глубины бояться стал, чуть заикаться не начал и на отца долго обижался, всего 12 ему тогда было.

Удивительно, что такие разные они с Таней получились. Степан – осторожный, мнительный, немного замкнутый, она – как пацанка, бесстрашная, как и не родные вовсе.

Чтобы отца окончательно не расстраивать, Степан в мореходное поступил им. Макарова, на судомеханический. На судоводительский духу не хватило – ответственность огромная судном руководить, хотя и за механику отвечать нелегко, благо ещё дослужиться до старшего надо.

Степан шёл быстро, Тамара едва поспевала. Как маленькая птичка, крутила головой в разные стороны и что-то приговаривала, потом неожиданно упёрлась и повисла на руке.

Он остановился и посмотрел на дочку, пытаясь нацепить беззаботную улыбку.

– Пааап! – заныла Тома. – А куда мы идём?

Куда они направляются, Степан не знал, вернее, не решил, вариантов практически не было. Отец с матерью не должны ничего знать, правда, как скрыть – ума не приложить. К друзьям с малышкой категорически нельзя: у всех семьи, дети. Не поймут! И разговоры лишние.

Оставалась только старшая сестра, и он представил, как завалится к ней без предупреждения, без вещей и документов, но с ребёнком на руках. От бессилия стиснул зубы, в голову назойливо заползали мерзкие мысли, что ушёл он так, словно рассчитывал тут же вернуться, и был уверен: точно так же думает Зина, не ожидая от него особых подвигов. Но она ошибается! Ему всё надоело, и главное, он никогда больше не позволит кричать ни на себя, ни на дочку!

Через три дня уходить в рейс, и это совсем всё усложняло. Полная неразбериха!

Тамара дёргала отца за руку и повторяла как заведённый попугай:

– Ну куда? Папа!!! Куда?

Они шли по Староневскому проспекту, солнце садилось, но было по-прежнему тепло, как днём. Такие вечера в Ленинграде даже в разгар лета не самое обычное дело. «Хоть в чём-то повезло», – с грустью подумал Степан.

Остановился у телефонной будки, в кармане завалялись заветные две копейки. Долго ждать не пришлось, Таня сразу подняла трубку. Объяснения не понадобились – врубилась, понятливая. То, что брат с Зинаидой давно не ладят, догадывалась, и сам он нет-нет да проколется. Больше всего не хотелось Татьяне отца волновать, всё у Стёпочки хорошо и по-человечески, и зря они не верили, что уживётся он наконец с простецкой Зинкой с восьмью классами образования.

Родители год как съехали на государственную дачу между Репино и Комарово.