Без царя в голове

Я стала спускаться по лестнице к своей машине. Ноги были какими-то ватными — ужасно захотелось оставить все дела и лечь отдохнуть. Я доплелась до машины, открыла дверцу и плюхнулась на сиденье.

Понимая, что в таком дремотном состоянии ехать никуда просто нельзя, я попыталась привести себя в норму: выкурила сигарету и как следует потрясла головой — немного помогло. Тогда я завела машину и направила ее в сторону дома, пытаясь понять, почему так быстро наступила усталость, ведь я сегодня хорошо выспалась. Неужели меня так утомил разговор с Оксаной Мироновой? Под ее елейный голосок только и можно, что спать. Таких людей, как она, немало. Вот, например, у меня еще в школе был преподаватель, на уроках которого все просто повально засыпали, настолько монотонной и плавной была его речь. Ну да ладно, сейчас приду домой, немного вздремну, а уж потом подумаю, что делать дальше.

Где-то на полпути к дому на меня опять начала накатывать сонливость, но на этот раз гораздо сильней прежнего. Веки отяжелели, и мне с трудом удавалось удерживать глаза в открытом положении. Я усиленно их потерла, но это не помогло, наоборот: все вокруг меня медленно и уверенно стало погружаться в туманную дымку. Я практически интуитивно свернула машину к обочине, остановила ее и непонятно зачем защелкнула дверь.

Последнее, что мелькнуло в моей голове, было имя — Оксана.

* * *Я очнулась оттого, что кто-то усиленно стучал в стекло водительской дверцы. Кое-как оторвав голову от руля, я повернула затекшую шею в сторону и увидела стоящего рядом с моей машиной гаишника. Тот что-то кричал мне, но ничего не было слышно — его голос заглушал шум дождя, тарабанящего по крыше и ветровому стеклу машины.

Я слегка опустила стекло и прислушалась.

— Ты, девушка, опилась, что ли? Я уже битый час до тебя достучаться не могу. Руль — не подушка, на нем не спят! — орал он мне прямо в ухо. — Давай свои документы и выползай из машины, дышать будем.

Крикливый голос гаишника помог мне немного прийти в себя, и я попыталась вспомнить, как оказалась в такой ситуации и что со мной произошло. Наконец цепочка событий выстроилась в моей голове, и я, тяжело вздохнув, вышла из машины и направилась вслед за стражем дорог. Холодный, хлеставший прямо по лицу дождь окончательно вернул меня к действительности и прогнал прочь сонливость. За это я ему была даже благодарна.

Гаишник протянул мне трубочку, и я, набрав в легкие влажного воздуха, равнодушно выдохнула в нее. Естественно, аппарат ничего не показал, что привело проверяющего в крайне удивленное состояние. Он попросил меня повторить процедуру и тщательно проследил, чтобы я не выдыхала воздух носом. Результат оказался тем же.

— Ничего не понимаю, — не скрывая своих чувств и изумленно воззрившись на меня, произнес гаишник.