Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание

От анклава до саней добирались в обход, на это ушло больше получаса, затем ещё час готовили буер, и Майк каждую секунду с ужасом ожидал нападения дикарей. К счастью, то ли варвар убил жреца ударом кулака, то ли всех дикарей сожрало голодное зверьё, то ли ещё что, но деградировавшие ублюдки так и не появились. Майк вздохнул с облегчением только тогда, когда головорез вытолкал сани из-за сопки на открытую местность, запрыгнул внутрь и поставил парус. Совершенно разбитый и измученный Майк закутался в одеяла и приказал себе успокоиться. Буер дикарям не догнать. Если вообще осталось кому догонять! Зверья к челноку набежало не меньше, чем тогда, в Реакторе, когда сожрали бригадира Уокера вместе со всей бригадой. А жрец наверняка издох. Головорез убил его, это точно. Все дикари одинаковы, обожают убивать. Этому жлобу силы не занимать – как он смог пробить стекло челнока?! Какой-то кувалдой, с двух ударов?! Стекло, от которого пули отскакивают! Такого вообще не может быть, а он разбил! И как ему удалось натравить дикое зверьё на этих чертовых ублюдков? Не иначе, использовал наркоту, русские это умеют, Майк хорошо помнил их «соль» и как на неё выходили тягловые твари.

Из-за пережитого ужаса заснуть не получалось, и Майк смотрел вперед, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. Буер полз на малом ходу свозь непроглядную тьму, и он решительно не понимал, как варвар контролирует курс. Небо было черным-черно, никакой луны и даже малейших звезд, всё обложено густой облачностью, никаких ориентиров, не говоря уже о том, что за все время похода головорез не использовал никаких источников света. Похоже, таковых у него просто не имелось. Зато наверняка имеется прибор ночного видения, который он старательно прячет от Майка и использует в темноте, когда Майк не имеет возможности этого заметить. Плевать, пусть прячет, лишь бы убраться подальше от этого долбаного анклава!"

"Через пару часов езды ветер серьёзно усилился, и удерживать малый ход стало сложно. Минут сорок Майк вздрагивал на каждой снежной неровности, опасаясь столкновения с невидимым в ночном мраке препятствием, и не разжимал держащихся за поручни рук. Потом варвар засуетился, манипулируя с парусом и рулём, и буер подкатился к черной громадине, едва заметной на фоне всеобщей черноты. Громадина оказалась довольно крупной скалой неправильной цилиндрической формы с отвесными склонами, и у её подножия обнаружилось некое подобие грота. Головорез затолкал туда буер и объявил ночлег. Майк честно признался, что чувствует себя настолько плохо, что не может нести караул, закутался в одеяла и провалился в полный кошмаров сон.