Срок для Бешеного

Покормил немного и в ванную их, покупать решил… Хлипкий оказался: больше минуты под водой сидеть не мог, захлебывался…

— Ну что ты? Помыл, и за дверь обоих, в чем мать родила… — Кошка усмехнулся. — На прощанье ремешком немного погладил. — Он махнул рукой. — Дальше неинтересно: думал, заявил… Нет, стерпел!.. Ладно, пойду, пожалуй… Ой, чуть не забыл! — Он вытащил из кармана небольшой сверток. — Я тут мяса и огурчиков сообразил чуток.

— Спасибо, братишка! — Савелий почему-то смутился и тут же добавил: — За мной не пропадет.

— Долго думал? — обиделся тот. — Или мы три года из одного котла не хавали? — Он повернулся и пошел к выходу.

— Спасибо, не сердись! — крякнул Савелий вдогонку и долго сидел, задумчиво перебирая фотографии Ларисы. Каждая вдруг передним «оживала», и веселое выражение сменялось тем, какое было у нее на суде. Савелий встрянул головой, словно избавляясь от наваждения, но холодный взгляд Ларисы снова впивался в него, рвал сердце, терзал душу… и он не выдержал: судорожно начал рвать каждую фотографию на мелкие клочки. На тумбочке росла кучка, а он все рвал и рвал, рвал и рвал…

Мимо проходили двое зеков, и одна, взглянув на Савелия, шепнул что-то второму и повертел у виска пальцем.

— Чего? — зло бросил Савелий.

— Нет-нет, ничего! — суетливо ответил тот, таща приятеля за рукав прочь.

Сунув кучку разорванных клочков в карман, он тяжело вздохнул и вышел из барака. Однако ему показалось недостаточным только изорвать ее изображение и выбросить. Нет! Он обязан уничтожить их, чтобы и следа не осталось! Оглядевшись, решил, что самое удобное место для «экзекуции» — за деревянными «удобствами во дворе»: никто не помешает.

— У тебя спички есть? — спросил он проходящего мимо зека.

— Прикурить, что ли?

— Нет! Нужно!.. Есть?

— А-а! Понятно! — многозначительно подмигнул тот и протянул ему коробок…

Савелий зашел за «дальняк», вытащил из кармана то, что осталось от фотографий, сложил в кучку и поджег. Помешивая палочкой, проследил, чтобы все догорело до конца.