Срок для Бешеного

Когда руки затекли настолько, что он перестал ощущать их, собрав все силы, перевернулся на спину. Через некоторое время руки стали двигаться, хотя их и противно покалывало. Тогда Савелий вытащил из кармана полиэтиленовый пакет и заглянул в него, чтобы лишний раз удостовериться в его девственной пустоте. С надеждой посмотрел в небо: погода стояла пасмурная, и вот-вот мог пойти дождь.

— Ну что тебе стоит? — шептали губы. — Ну покапай чуть-чуть. Хотя бы минутку.

Савелий устало закрыл глаза и сразу же увидел… воду! Она была везде: текла рекой, огромным фонтаном била из-под земли, чудовищный водопад ниспровергал тонны воды, и она, растекаясь, превращалась в…. море! Море казалось настолько реальным, что руки Савелия с жадностью потянулись к нему, но… наткнулись на дерево.

Савелий открыл глаза, и вдруг что-то ярко-красное «брызнуло» в глаза. Подумав, что ему мерещится, он зажмурился, снова открыл глаза… Совсем рядом, метрах в десяти, рос небольшой кустик с ярко-красными ягодами! Из последних сил подполз он к спасительному растению и, дотягиваясь с трудом до желанных плодов, начал срывать и пригоршнями, вместе с листьями, запихивать их в рот. Они оказались кислыми и горькими, но стоило ли обращать внимание на такие мелочи? Савелий жалел только об одном: куст был маленьким… Вскоре от него остались только голые ветки.

Он откинулся на спину, залез в карман, чтобы вытащить карту, и вдруг нащупал какой-то плотный кусочек бумаги… поднес к глазам: на кусочке фотобумаги светилась улыбка…

Он сразу вспомнил, как обрывок фотографии оказался у него. В тот день, вернувшись с работы, он застал у своей кровати Кошку, который держал в руках фотографии Ларисы. Увидев Савелия, он восхищенно проговорил:

— Кто тебе позволил копаться в моей тумбочке? — вспылил неожиданно Савелий и вырвал у него фотографии.

— Что ты? Я и не думал… не собирался лезть в твою тумбочку! Нужно очень! — обиделся Кошка. Книгу стал смотреть, «Дети Арбата», на кровати твоей лежала, а оттуда фотки вывалились… — помолчав немного, спросил: — Из-за нее на берег списался?

Савелий пожал плечами: он был еще под впечатлением встречи с Зелинским, и его все раздражало.

— Шикарная штучка! — заметил Кошка. — Но знаешь, пустая только!

— Глаза!.. Вглядись в них… Может, во мне говорит сейчас художник, но… Пустые, холодные… Знаешь, у моей точно такие же! — Он стиснул зубы, помолчал. — Люблю, говорит, жить без тебя не могу… Стерва!.. Прихожу как-то из плавания чуть раньше времени, открываю дверь: сюрприз хотел сделать… — Он матюкнулся. — Все они одинаковы!

— Что? Посидели мы все вместе, втроем, за столом: я, как пришел, — одетый, они, как и застал их, — голяком… Выпили, а закусывать я им с кортика подавал: от пахана моего остался.