Срок для Бешеного

— Что это? — На белом клочке была какая-то карта, нарисованная умелой рукой. — Дубликат? Почти… — Федор хитро ухмыльнулся. Да ты что?! Когда же успел? — Савелий даже сел от удивления.

А когда он ко мне подходил… Я как чувствовал, что нам она нужнее будет!

— Это все хорошо, но чем она поможет? Не сократит же километры? — Савелий со вздохом усмехнулся и махнул рукой.

— Зря усмехаешься… Здесь карта!

— А на ней курки одного таежника…

— Это который большой любитель рамса?

— Да…. но… — У него даже челюсть отвисла от удивления. — Откуда ты знаешь?

— ЦРУ все известно! — рассмеялся Савелий, но заметил настороженный взгляд Федора и решил пояснить: — По сторонам смотреть нужно, когда не хочешь, чтобы тебя кто-то услышал…

— То-то я чувствовал, что кто-то смотрит из-за штабелей… — успокоился Федор. — Так вот этому Браконьеру помогать пришлось: откупать, чтобы не опедерастили…

— А стоило? — небрежно усмехнулся Савелий.

— Чудак! Да в его курках все есть для жизни: еда, оружие и… — Федор многозначительно подмигнул, — … и кое-что подороже золота.

— Вот как? Что же это такое? -

— Так… — неопределенно буркнул он. — Нам бы до первого быстрее добраться…

— Далеко до него топать?

— Километров пятьдесят, не больше… — вглядываясь в тряпицу, ответил Угрюмый.

— Это при условии, что Браконьер не двинул…

— Ну уж нет! Он в курсе, что за фуфло по нашему маяку его прямо в зоне пришьют!

— Дай-то Бог… За супа дойти можно!

— За сутки? Шустрый ты больно! — осадил Федор. — Топать-то по ночам придется… Тревогу-то вот-вот подымут: на проверке, утром… Если уже не рюхнулись, торопиться нужно, а с моей раной… Далеко ли уйдем?

— Уйдем! — заверил Савелий. — Еще как уйдем! — Он поднялся и хотел поднять Федора.

— Погоди, осмотреться надо: не наследили ли?.. Хорошо, трава высокая, на ней следов не остается… Часа через два выпрямится…

— А собаки? Дождя бы сейчас… Он был бы кстати…

— Для собачек я сюрприз приготовил, — хитро прищурившись, Федор вытащил из кармана небольшой полиэтиленовый пакетик.

— Что это? Отрава, что ли?

— Что ты! Животных любить надо… Табачок… нюхательный: собачки же не курят и запах его не переносят…

— Не должен вроде: пакетик запаивал и в воде проверил…

— Подготовочка! — удивился Савелий.

— А ты как думал? За жизнь борьба идет? За свою жизнь! — Надорвав пакетик зубами, отложил в сторону. — Помоги-ка раздеться! Савелий снял с него куртку, рубашку.

— Нет! — Он вдруг бросил окровавленную рубашку в воду. — Снимай свой пиджак!

Ничего не понимая, Савелий подчинился, и пиджак последовал за рубашкой Федора.

— Не понял? Улика! — через силу улыбнулся Федор.