Приговор Бешеного

Вскоре им удалось узнать несколько адресов людей, которые не значились среди личного состава ФСБ и проверив которые, они легко вышли бы на квартиру Савелия. О повышенном интересе к техническим службам своего ведомства Богомолову быстро доложили, и тогда он понял, что над Савелием нависла смертельная опасность.

Конечно, такие ничем не оправданные жертвы не могли без последствий сойти Мамонову с рук, равно как и использование запрещенных методов в отношении офицерского состава ФСБ, допустимое лишь по личному приказу директора ФСБ или начальника Службы безопасности Президента. Богомолов отлично знал, что Мамонов доживает в своей должности последние дни и пусть благодарит Бога, если его вообще оставят в органах.

Но, к несчастью, именно он сейчас временно возглавлял ФСБ: шеф был в отпуске, который заканчивался лишь через неделю, а приятель Богомолова, Александр Филимонов — первый заместитель, как на зло, находился в командировке. Пока у Богомолова была одна задача — спасти Савелия, поэтому он экстренно, отправил того из Москвы.

Параллельно продолжалась охота на Олега Вишневецкого. Потерпев полный крах с похищением сына Ростовского и испытав ужас и позор из-за похищения собственного дитя, Жарковский, который успел заверить своего покровителя, что фирма «Твоя надежность» уже в кармане, осознал, что его собственное положение, завоеванное с таким трудом, сильно пошатнулось и вот-вот рухнет. А этого он никак не мог не только допустить, но и представить себе даже в самом страшном сне. Получив наглядный урок того, как беззащитны его жена и сын, он быстро отправил их отдыхать за границу, а сам приказал усилить наблюдение за Вишневецким.

Вскоре ему доложили, что Олег собирается куда-то уезжать и по этому поводу устраивает вечеринку. Хотя эта информация не слишком заинтересовала Жарковского, он все же поручил выяснить подробности: куда? каким транспортом? сколько людей его сопровождает? Сам же, запретив его с кем бы то ни было соединять, закрылся в своем кабинете и углубился в размышления, пытаясь найти выход из создавшейся ситуации.

Какие только фантазии не лезли в голову этого трусливого шакала! То ему казалось, что самолет с Вишневецким терпит катастрофу, то Олег попадает под поезд, то налоговая инспекция раскапывает в «Герате» такие нарушения, что Вишневецкого просто арестовывают. Короче говоря, фантазии параноика. Трудно сказать, до чего Жарковский мог бы домечтаться, если бы вдруг не затрезвонил его прямой телефон. Подумав, что его «благодетель» вновь проявляет беспокойство, он бодро ответил:

— Жарковский слушает!

— Геннадий Александрович, это Валерий, — услышал он голос своего агента, который раньше сообщил об отъезде Вишневецкого.