Беременна поневоле

Арсений

— Хочу тебя. Сначала пальцами и языком. Можно?

Я трясся, как одержимый, в ожидании её ответа. У меня просто не хватало выдержки ждать.

— Раздвинь ножки, — ласково попросил я.

Я надавил на её колени, глядя прямо в глаза.

— Не бойся, Бабочка. Раздвинь ноги…

Я постарался вложить в свой взгляд как можно больше смысла. Но не уверен, что она разглядела в нём что-то ещё, кроме желания.

Но всё же Алёна начала медленно разводить колени. Её тело немного изогнулось. Она раскрылась для меня, как жемчужина.

Молочная белизна бёдер и влажные, подрагивающие складки. Мой член, что уже давно был твёрдым, отреагировал болезненной пульсацией.

— Ещё немного…

Я продолжал смотреть прямо в глаза, чтобы не смущать откровенно жадным разглядыванием её плоти.

Мне хотелось покорить её и очаровать настолько, чтобы она доверилась мне в сексе без раздумий.

— Шире. Раздвинь их так широко, как можешь.

Но она остановилась. Тогда я взял её за лодыжки и распахнул бёдра так, что она всхлипнула.

— Тише-тише, не бойся…

Я впился взглядом в кожу между её ножек, пристально разглядывая всё то, что она так старательно прятала от меня.

— А-а-а-арс… — простонала она, дрожа от нетерпения.

Я медленно пробирался пальцами к влажной плоти. Поглаживал большими пальцами внутреннюю сторону её бёдер, успокаивая.

Наклонился к дрожащей коже живота, покрывшейся мурашками от моего дыхания.

Задрал повыше её платье. Начал покрывать округлившийся живот быстрыми и частыми поцелуями, спускаясь к чувствительной точке.

Медленно накрыл её губами, лизнув. Осторожно и чувственно. Начал посасывать, собираясь изводить её неторопливой, но чувственной лаской.

Алёна тут же приподняла бёдра, подаваясь навстречу моему языку.

Одной рукой я скользнул с бедра на её попку, схватился пальцами, удерживая. Теперь точно не ускользнёт.

Вкус её возбуждения таял на языке. От него почти не оставалось следа, как от снежинок, которые ловишь ртом. Хотелось почувствовать её мимолётную сладость и нежность.

Ещё и ещё.

Я скользнул языком ниже, обвёл дрожащие складки и, сгорая от нетерпения, погрузил язык во влажное, податливое лоно.

— Сладкая и нежная… — выдохнул я, понимая, что начинает кружиться голова.

Я начал связь с реальностью, пьянея. Казалось, мог кончить только от того, как вылизывал её лоно.

Частое дыхание и прерывистые стоны подстёгивали меня. Я кружил языком и медленно толкался им внутрь.

Ещё и ещё, усиливая нажим и скорость.

Потом мне на затылок легла её дрожащая ладонь. Алёна зарылась в мои волосы пальцами, приближая меня к себе.

— Да, Бабочка…

Она не собиралась убирать пальцы, перебирала ими мои волосы.  Я хотел, чтобы она не просто дрожала, но тряслась от наслаждения, заливая соками гладкую поверхность стола.