Белый шум

 – Тебе в голову не приходило, что твоя знаменитая леди и моя сестра знакомы? И если это так, то тебя развели, как кролика.

– Бред какой-то, – тяжело вздохнул Ломакин. – Но знаешь, Влад, я с этой стороны даже и не думал. Завтра адвоката своего озадачу. Пока.

В трубке послышались гудки отбоя, а в коридоре шаги.

– С кем ты разговаривал? – изумилась Элла.

Глянув на нее, Казаринов улыбнулся. Взлохмаченная, в накинутом на плечи одеяле. Влад дурашливо чмокнул Элку в нос и в который раз притянул к себе. А потом заметил серьезно:

– Да тут одну идею Мише-Гоше подкинул.

– Какую? – улыбнулась Элла, но в глазах зажегся огонек настороженности.

– Потолок ужасный в гостевой спальне. Пусть переделает, а то впечатление, как будто находишься на месте крушения «Титаника».

– Ну ты и придумал, – захихикала Элла.

– Точно тебе говорю, – заверил Влад. – Все эти гипсолитовые волны напоминают льдины, плюс звездное небо… Еще бы отопление отключить для большего эффекта.

– И ты такой, как ДиКаприо, – хохотнула Элла и добавила серьезно: – Казаринов, купи селедку и ей морочь голову. Почти три часа ночи, и ты звонишь Ломакину из-за потолка? Придумай к утру другую легенду.

Она гордо развернулась и направилась в спальню. Голая женщина в накинутом, словно мантия, одеяле. Очень смешно. Но Казаринов нутром почувствовал, что если сейчас не объяснит любимой поздний звонок, то свадьба, кулоны и кольца – все полетит в тартарары, равно как и счастливая семейная жизнь. Элла лжи не потерпит. Не тот человек.

– Подожди, – попросил он. Но она, не обращая внимания, вышла в коридор. Влад выскочил следом, подхватил на руки и отнес в зал. Не отпуская Эллу, уселся на диван с гнутыми ножками и, улыбнувшись, заметил:

– Мне показалось, что Ломакин крутит с Лизой Микешиной. А они с Кристиной тесно общались.

– Ну да, общались, – кивнула Элла и добавила едко: – Известный факт. Только Мишка тут причем?

– Кристина шантажировала Ломакина, – коротко бросил Влад.

– С ума сошла, – выдохнула Элла и ошарашенно уставилась на Казаринова. – Я не знала.

– Так вот, если Лиза – любовница Ломакина, то могла быть в доле. Правильно я рассуждаю? А если они с моей сестрой придумали этот пошлый водевиль, то могли что-то не поделить.

– Допустим, – кивнула Элла. – Твоя сестра умудрялась на всем собирать сметану. Я точно знаю, что, когда мы ездили на соревнования, федерация выделяла деньги каждому участнику. А Кристина собирала с нас за участие.

– Гадко, – скривился Казаринов.

– Прости, – пробормотала Элла. – Я не хотела, но раз зашел разговор…

– Я первый начал, – отмахнулся Влад и добавил задумчиво: – Если наши подружки сговорились обобрать Гошу Каземирского, а потом поссорились, то у нас появляется подозреваемая в наезде.