Белый шум

 – Пришлось потом до локтя татуировкой забивать.

– Да у тебя плечо меньше, чем ты показываешь, – хмыкнула Элла. – Сейчас Джона позову, пусть проверит, как зажило.

– Если он ко мне сунется, ну или к Ромке с Ниной и Катей, я его точно пристрелю!

– Ты еще Цесаркина забыл, – хохотнул Некрасов. – Всю их семью перебрал.

– Этот крендель сам за себя постоит, – весело отмахнулся Ломакин. – У него тоже тату. Руны, как у Нинки. А у меня медведь. Ничем другим шрамы после этой собаки Баскервилей забить не получалось. Вот, смотри, – рыкнул он Казаринову и, стащив с головы свитер, показал левый бок, где на предплечье раскрыл пасть и обнажил два ряда острых зубов бурый медведь.

– Как живой, – заметил Казаринов. – Отличная татуировка!

– Еще бы чуть – чуть и выгрыз бы тебе Джоник сердце, – хмыкнул доктор.

– Молчи, Достоевский, – захохотал Ломакин.

Воспользовавшись моментом, Влад тихо шепнул Элле:

– Спроси его про Леонида. Они с Кристиной знали друг друга.

– Чокнулся, что ли? – шикнула на него Элла.

– Вы что там шепчетесь? – строго поинтересовался Ломакин. – Думали, ребенка спать уложили, а сами как кролики… Не выйдет!

– А ты не хочешь сняться в рекламе? – неожиданно осведомилась Элка. – У Влада такой проект вырисовывается гениальный. Нужен кто – то с радио «Шансон».

– А что рекламировать? – насторожился Ломакин, уже в уме прикидывая, как подороже себя продать.

– Сеть магазинов «Компьютерный вальс», – счел нужным вмешаться Казаринов, внезапно ощутив, как на душе становится тепло. Элла его похвалила. – Это наши местные ребята. Поддержи индустрию края.

– Да знаю я, – хмыкнул Ломакин, а потом не мигая уставился на собеседника. – И тебя тоже знаю. Вернее, какой суке ты родственником приходишься…

– Приходился, – рыкнул Влад и добавил горько: – Тебе проще, Гоша. Ты давно знал, а мне только на днях стало известно. Я, можно сказать, сестру второй раз потерял.

– Я не верю. Ни одному слову не верю, – разозлился Ломакин и поднялся из-за стола. – Пошли, Юрец, плохая здесь компания. Не с теми людьми ты связалась, Элла.

– Влад действительно не знал, Миш, – миролюбиво вступилась она. – И он не Кристина. Нельзя всех под одну гребенку грести!

– Вот ты дурная у нас, Конькова! – рявкнул Ломакин и добавил грустно: – Нину попрошу, пусть тебе в уши надует.

– Так нас Цесаркины и познакомили, – фыркнула Элла, пытаясь загасить назревающую ссору. – Влад и Дениска учились в одном классе.

– Разберемся, – насупился Ломакин и побрел к выходу.

– Гоша, а кто такой Леонид? – внезапно брякнул Казаринов. – Кристина упоминает в своих записях, что он ей угрожает.