Талисман Белой Волчицы

Он вышел из-за стола и встал рядом с ней, заложив руки за спину, всем своим видом демонстрируя строгость и неприступность.

Анфиса повернулась к нему и, опершись ладонями о столешницу, закинула голову, вглядываясь в его лицо. Кончик языка лихорадочно прошелся по губам, и она вдруг хрипло выругалась.

— Анфиса Никодимовна, прошу вас покинуть кабинет. — Алексей протянул руку, чтобы помочь ей встать со стола, но она вдруг цепко обхватила его за запястья и потянула на себя, одновременно заваливаясь на спину и разводя при этом ноги.

— Возьми меня, сейчас же возьми меня, — шептала она почти безумно, продолжая удерживать его руками и ногами, которые закинула ему на поясницу.

Алексей попытался оторвать от себя ее руки, но она впилась ему в шею горячими сухими губами и даже слегка прикусила кожу. Он рванулся опять, но Анфиса обхватила его за плечи, а ее губы сместились к его рту, и тонкий узкий язык попытался раздвинуть ему зубы, стиснутые от ярости.

Теперь он уже не церемонился и с силой оттолкнул ее от себя, так что она проехалась спиной по столу, сметая поднос и бумаги. Поднос он, правда, успел подхватить, но бумаги разлетелись по всей комнате.

— Убирайся прочь, мерзавка! — прорычал Алексей, едва сдерживаясь, чтобы не схватить Анфису в охапку и не вышвырнуть ее в окно. — Чтоб через минуту духу твоего здесь не было! — Он поднял с пола оброненный ею хлыст, перекинул через стол в руки Анфисы и повторил еще более яростно:

Девица заправила выбившуюся блузку и, покачивая бедрами, направилась к окну, но на полпути остановилась и вдруг замахнулась на него хлыстом. Алексей едва успел увернуться. Удар пришелся на стоящее возле окна кресло. Обшивка на подлокотнике лопнула, а Анфиса радостно засмеялась и змеей скользнула в окно.

Тени от потревоженных кустов сирени заметались на противоположной стене кабинета, затрепетало пламя в лампе…

Алексей прикрутил фитиль и оглянулся на окно, не веря, что так легко отделался от мерзавки. И действительно, она никуда не ушла. Стояла, облокотившись на подоконник со стороны улицы, и недовольно крутила носом, отмахиваясь рукой от наседавших на нее комаров.

— Послушайте, Анфиса Никодимовна, — почти вежливо обратился к ней Алексей, — оставьте меня наконец в покое. Вы себя ведете крайне неприлично для женщины. Честно сказать, мне уже надоело ваше пристальное внимание к моей персоне. Найдите себе другой объект для преследования.

— Ox, ox, ox! — скривилась она в презрительной ухмылке и даже передернула плечами от отвращения. — Вы только посмотрите, каков моралист! Сопливый святоша! Может, ты монах или евнух?

— Позвольте мне закрыть окно, иначе полный дом комаров налетит! — Алексей потянул на себя оконные створки.