Столица беглых

Потом распустил слух, что Бакрадзе — доносчик. Прочие грузины от него отвернулись, но не все. Прежде тот был порядочный налетчик, кровь лил как воду. И некоторые усомнились. Теперь конфликт повис в воздухе. Ни одна из сторон не предпринимает никаких действий. Но взаимная неприязнь никуда не делась. Предлагаю вам ее использовать.

— А вы сами почему не попытались?

— Георгий не пошел со мной на контакт. Увы. Видимо, он еще не готов к прямой измене. У вас же руки развязаны: начальство далеко. Придумайте ему какой-нибудь фантик, в который он завернет свое предательство.

— Попробую, — согласился сыщик. — Ну, у вас все? Можно по домам?

— Можно. Для первого раза хватит, а так — обращайтесь! Хе-хе… Франчук вас проводит, а я еще посижу: у меня через полчаса следующая встреча.

Алексей Николаевич простился с очень информированным жандармом и поехал на Шестую Солдатскую. Надзиратель всю дорогу молчал и, только прощаясь, напомнил:

— Вы уж осторожнее там насчет источников.

Глава 9

В поисках союзников

Лыков вышел из экипажа, стукнул в калитку. Тут же ее распахнули изнутри. Иванов посторонился, пропуская припозднившегося жильца:

— Извольте, ваше высокоблагородие.

Сыщик обернулся через плечо и увидел на углу фигуру.

— Это кто там маячит?

— С десяти часов стоит, будто на карауле, — ответил дворник."

"— Черкес?

— Он самый.

Лыков развернулся и решительным шагом направился к туземцу. Тот не сдвинулся с места.

— Ты чего тут торчишь, паскудник?

— Хочу и стою. Ты что, купил весь тротуар?

Питерец развернул наблюдателя и дал сильного пинка. Кавказец вскочил с руганью, полез было в карман, но не решился.

— Еще раз тут увижу — буду твоей башкой гвозди забивать. Брысь отсюда!

Расправившись с уголовным, Алексей Николаевич вернулся.

— Стану их отучать, — сообщил он свои намерения дворнику.

— Может, и нам тоже гонять?

— Нет, вам нельзя. Они подадут жалобу мировому, и вас засудят.

— А вас?

Лыков удивился:

— Какой дурак станет судиться с полковником полиции? Мне можно. А вы просто держите ушки на макушке. Они могут и средь бела дня полезть.

— Мы бдим, — уверил сыщика Иванов. — Кто-то один всегда на месте и при оружии.

Было два часа ночи, и питерец не стал тревожить Ядвигу Андреевну, ушел спать в свою комнату.

Утром он явился в городское полицейское управление и первым делом отбил клерную телеграмму[26] Азвестопуло. В ней он срочно вызывал помощника в Иркутск. Сергей должен был проникнуть в город тайно, под видом беглого. Легенда для такой роли была заготовлена еще в Петербурге: титулярный советник подделывался под одесского контрабандиста, бежавшего из Александровского централа.

С телеграфа питерец направился к Аулину.

— Бернард Яковлевич, а кто такой Бакрадзе?

— Георгий? Бандит.