Бандитская губерния

Иногда слепок этот весьма неполный, с отломанным краешком, иногда — в миниатюре, иногда и вовсе плохонький. Но все равно — это слепок или копия.

В губернских городах имеется все, что есть в Москве: мощеные улицы, магазины, величественные соборы, монастыри, кладбища с замогильной тишиной, гимназии, городские и народные училища, Дворянское и Купеческое собрания… Имеются Общество приказчиков со своим клубом, клиники и земские больницы, банки и ссудные кассы, гостиницы, меблированные комнаты и постоялые дворы, магазины французских мод, ресторации, кондитерские и трактиры. А еще, и это неотъемлемо, питейные дома, штофные лавки, шинки, разного рода притоны и — а куда от этого денешься, коли имеется немалый спрос — дома терпимости.

Конечно, парочка-тройка фешенебельных публичных домов имелась и в центре Рязани. Служили там девицы, дарующие телесную любовь вполне легально, поскольку имели заверенные в полиции «желтые» билеты и жили с ней в ладах: закон империи в части распоряжения своим телом по личному усмотрению девицам определенного мировоззрения и привычек вполне это разрешал.

Но основную «нагрузку» по предоставлению желающим клиентам телесных ласк и удовольствий несли, конечно, рязанские слободы.

В слободах Ямской, Ямской-Касимовке, Троицкой, Рыбацкой и даже селе Борках, помимо ремесла плетения кружев, тонкого и многопарного, было в ходу и иное ремесло, более древнее. Притонов и домов терпимости с блудницами здесь имелось более, чем в городе, надо полагать, в разы! Посетителями таких «веселых домов» были мастеровые, торговцы, гимназисты старших классов и приехавшие на вакацию студенты (и тем и другим делалась значительная скидка), загулявшие купчики и мелкая чиновная сошка, коим до икоты опротивели собственные жены, то есть ходила в такие дома терпимости публика весьма разномастная."

"Имелись и притоны самого низкого пошиба, с вконец спившимися и уже махнувшими на себя рукой девицами: день прошел, ну и чего о нем грустить! Они кишели ворами, мошенниками, беглыми тюремными сидельцами и каторжниками. В такие места рядовому и подвыпившему рязанскому гражданину лучше было и не соваться…

Титан, или Николенька-гимназист, как звали его барышни в «веселых домах», которые он нередко посещал, предпочитал «чистые» публичные дома, но чаще всего он захаживал в тот, что находился по правую руку Касимовского шоссе в двух кварталах от городской бойни. Содержался этот дом свиданий мещанкой Зинаидой Петровной Чекушиной. Она была и владелицей дома, и «мамкой» восьми проституток, среди которых Титан более всего предпочитал Лизку, девицу шуструю, веселую и на разные любовные кунштюки весьма охочую.

Третьего дня он пришел к Чекушиной часика в четыре пополудни.