Ватага. Атаман

– Сам черт ногу сломит!

Знал бы он, что в это самое время происходит у него дома, на бывшем Амосовском подворье!

Княгиня Елена, встав поутру из постели, облачилась в платье заботливыми руками служанок, прихорошилась перед серебряным полированным зеркалом, а когда прочие девки отступили, Милана чуть наклонилась и шепнула:

– Дозволь слово молвить, матушка. Вечор на торгу иноземец ко мне подходил, просил встречу с тобой устроить. Три монеты дал золотых и еще обещал.

– Да ты в своем ли уме, дура?! – резко вскочила Елена. – Чтобы я мужу изменила?!

– Королева Маргарита! – отскочив в испуге, уже не таясь выкрикнула Милана. – Сказывал, от нее приехал!

– Вон все пошли! – рыкнула Елена. – Милана, Немку оставь.

Она села обратно к зеркалу, коснулась пальцами уголков глаз, покачала головой:

– Подвести надо бы… Ну, чего притихла? Сказывай…

Иноземная невольница тихонько подкралась к госпоже и принялась осторожно расчесывать волосы, собирая их в пряди. Елена прикрыла глаза. Ей нравилось, когда служанки возились с ее волосами.

– Так, матушка, нужда вышла припасы кое-какие пополнить, – начала рассказывать Милана. – Я на торг пошла, жира бараньего для ламп купить, бо свечи жечь больно дорого выходит. Заметила, что от ворот увязался кто-то. Я, знамо, за нож уж взялась. Помыслила, недоброе тать задумал. Однако же тот госпожой меня окликнул и спросил, знаю ли я княгиню Заозерскую али прислугу ее? Я молвила, что кое-кого ведаю. Он же испросил встречи с тобой, матушка. Золото, вот, дал и обещал зело добавить, коли сложится.

– И как вы сговорились?

– Он, мыслю, за воротами уже ждет… Сказывала, как волю твою узнаю, выгляну.

– Иноземец?"

"– Сказывает ладно, но с пришепеткой. И костюм забавный. Сверху вроде как зипун обычный, однако же из-под подола ножки тонкие проглядывают. И сапог бантиком подвязан.

– Чего он от меня хочет?

– О том не ведаю, матушка. Кто я такая, о делах княжьих спрашивать?

– Верно, верно… – сложила ладони перед собой Елена. – Пожалуй, мы сделаем так… Горницу приготовь, в которой перед отъездом прошлым ремонт делали. Вели вычистить и кресло из пиршественного зала поставить. И еще, подставку для книг принеси, и письменные все принадлежности. Мало ли понадобятся… Иноземцу скажи, пусть после полудня приходит. Без оружия. Но сама наготове будь, коли за нож браться не опасаешься. Что еще?

В зеркале она увидела невольницу, которая, высунув от старания язык, заправляла волосы под кокошник.

– И Немку нашу в наряд ее танцевальный переодень. Теперь ступай, желаю над платьем своим поразмыслить.

* * *Пройдя вслед за служанкой в покои княгини Заозерской, барон Альбрехт фон Хольберг увидел скучающую на троне правительницу в дорогом платье, усыпанном драгоценными каменьями, и в платке, белом от жемчугов.