Ватага. Атаман

Затем вякнули более мелкие пушки, пушчонки, пушечки – ручницы, гаковницы, кулеврины…

– О, Аллах, – падая в смерть, Ибрагим-бек погрозил кулаком небу. – Зачем ты допустил это? Зачем допустил… зачем…

Поправив перед зеркалом сборки роскошного – серебристого шелка – халата с маленькими золотыми пуговицами, великая царица Айгиль – Владычица Всея Орды – обернулась к вошедшему и, как всегда, грохнула смехом:

– А я-то думаю – кто там сапожищами так стучит?

– Неправда твоя, царица, я тихонько вошел, – тут же оправдался Егор. – Что хотела-то?

– Поговорить, – девушка сверкнула глазами.

Вожников непритворно вздохнул: ах, ну до чего ж красива! И сама – что характерно – это прекрасно знает.

– Что, и вина не выпьем?

– Выпьем, но позже. Сначала – дело.

– Ну вот, – развел руками князь. – Вечно у тебя какие-то дела, нет бы просто так в гости позвать – уезжаю ведь скоро, не век же в Орде торчать – пора и домой, наконец!

Девчонка – у Егора язык не поворачивался всерьез называть Айгиль «великой царицей и повелительницей Орды» – уселась в обитое бархатом креслице и хитро прищурилась:

– Я про ваши разноцветные – на паях с синьором Феруччи – повозки спросить хотела.

А, вот откуда ветер дует! Егор покачал головой:

– Ну, спроси.

– Четверть-то уступите, а? – просяще промолвила Айгиль. – Всего-то четверть. Я ж все-таки владычица Великой Орды, ханша, тем более – твой самый верный вассал! Ну, четверть… это ведь не треть!

– Уговорила, красноречивая, – Вожников и так уже представлял, что кой-чем с юной ханшею предстояло делиться. – Владей! Я синьору Феруччи скажу, думаю, он только рад будет.

– Рад, что не треть попросила?

– Догадливая. Но ты все ж таки не обижай старика, с банкирами дружить надо.

Айгиль усмехнулась:

– Я знаю.

– И вот еще что присоветую, – светски улыбнулся в ответ Егор. – Что это за, прости господи, название такое – Орда. Надо – Золотая Орда, так красивше, да и вполне в местных традициях – любите вы подобный гламурчик: площадь Золотых Ослов, таверна «Золотой единорог» и все такое прочее.

– «Золотой единорог», между прочим, в Кафе.

– А ты там была, что ли?

– Я много где была…"

"Девушка опустила ресницы – пушистые, мягкие, не до конца застегнутый халат – видать, спешила или не обратила внимания – распахнулся, обнажив нежную шейку и часть груди…

Встав, Егор подошел ближе, обнял Айгиль за плечи, не удержался, чмокнул в шейку. Девушка поддалась было, но тут же погрозила пальцем:

– Эй, эй, князь! Я все ж теперь – царица, а ты, между прочим – женат, забыл? Супруга-то, поди, заждалась, тем более беременная? Так к ней и поезжай.

Сказала вроде бы шутя – а как задела! Вот ведь – умна. Что ж, и нечего мачо из себя строить.