Ватага. Атаман

Вожникова никто ни о чем не спрашивал, да он и не лез никуда и на виду не маячил – скромненько укрылся в тени… потихоньку поднимаясь по лестнице. А вдруг и в самом деле повезет увидеть царевича? Хоть убедиться, что тот уже оправился от ран. Что же касаемо стражей – так шестое чувство пока молчало. Заира что-то долго не возвращалась, и князь решил, что и перед девчонкой, если вдруг вот сейчас явится, можно будет оправдаться – мол, любопытство оказалось сильнее…

Рассуждая таким вот образом, Егор и сам не заметил, как уже достиг галереи, сквозь которую был хорошо виден сад, дорожки которого старательно посыпала белым песком какая-то согбенная служанка в черной глухой накидке.

Быстро прошмыгнув в узкий проем, молодой человек скрылся за розовым кустом – надо сказать, вовремя, поскольку в сад тут же набежали стражи… не очень много, с полдюжины татарских воинов, вооруженных саблями и палашами. Воины расположились на галерее, а в саду… в саду появился одетый в роскошный небесно-голубой чекмень мужчина лет тридцати пяти или чуть старше, среднего роста, с неприметным, обрамленным небольшой бородкой лицом и царственным взглядом.

Царевич! – ахнул в кустах Вожников.

Так вот он какой! И вроде ничего выглядит – от раны точно оправился: ишь, как розы нюхает! Эстет, мать твою за ногу.

На голове царевича сияла ослепительно-белая чалма, украшенная нитками жемчуга, поверх чекменя был накинут летний тоненький плащ из алого шелка. Вот царевич поравнялся со служанкой… Та поспешно сошла с дорожки, поклонилась… И, вдруг выхватив из-под накидки кинжал, ударила царевича в спину… после чего рысью бросилась на галерею и прыгнула вниз – в пропасть!

С галереи к упавшему наземь Керимбердею бросились воины, слуги… и двое точно таких же царевичей, в чекменях, чалмах и алых плащиках. Насколько мог судить князь, выглядели все трое одинаково… Да-да! Как близнецы-братья… почти! Так вот оно в чем дело-то! Значит, тот царевич, что приезжал с визитом в Кафу, тоже был фальшивый! Теперь понятно, почему Керимбердей живее всех живых.

Егор чуть приподнялся, соображая, как теперь отсюда выбраться… да так ничего и не сообразил, не успел – вычислив, стражники окружили его в один миг, целя из луков."

"Эх, не достать никого кулаками… жаль! Однако ж кто ж такой ловкий сиганул с галереи? Интересно, поймали его? Или разбился? Ах, черт… Теперь как бы самому не пропасть! И, главное, чувство-то молчало, видений не было – может, потому что пил? Пил, да. Но не так и много, тем более – пиво-то.

– Ладно, ладно, парни, – подняв руки, примиряюще бросил Егор. – Сдаюсь.