Ватага. Атаман

– А мне вот пришли! – ордынский властитель весело подмигнул отроку. – И не сказать, что эти мысли – глупые или плохие. Ты хотел убить урусского князя Егора – не знаю, уж чем он вызвал твою ненависть, не мое дело. Но вызвал. И князь Егор – мой друг. Пока. Но вполне может впоследствии оказаться врагом. И тогда… тогда ты исполнишь задуманное. Только тогда, когда я разрешу. Уговор?

Мальчишка нахмурился.

– За тобой будут следить, не скрываю, – чуть помолчав, тихо промолвил Темюр-хан. – Всегда об это помни.

Ничего не сказав, пленник кивнул опять.

Правитель потер руки:

– Рад, что мы договорились. Теперь иди, мои слуги проводят тебя… Айдар!

Бритоголовый нукер уже надел на голову чалму и, возникнув словно бы ниоткуда, почтительно поклонился:

– Слушаю и повинуюсь, великий хан.

– Возьмешь этого… – Темюр-хан скосил глаза на пленника. – Тебя как звать-то?

– Азат… великий хан.

– Айдар, возьмешь Азата в свою сотню. Научишь его всему, что должен уметь воин.

Нукер отвесил молчаливый поклон.

– А теперь ты, Азат, иди, – махнул рукой правитель. – Ступай, ступай, чего смотришь? Подождешь Айдара во дворе… у помоста. Что кривишься? Настоящий воин должен любить страданья и кровь, не так?

– Так, великий хан, – едва слышно ответив, Азат поклонился и вышел.

Проводив его взглядом, Темюр-хан с усмешкой взглянул на нукера:

– Небось, хочешь спросить – с чего б я так вожусь с этим волчонком? Отвечу. Знаешь ли ты, мой верный Айдар, чем отличается самострел от простого лука? Не надо, не отвечай, конечно же, знаешь. Так вот, этот парень – настороженный самострел и нацелен он на урусского князя Егора! Теперь в моей власти спустить стрелу. Тогда, когда я пожелаю. Что молчишь?

– Не натворил бы волчонок бед! – гулко промолвил сотник.

Хан засмеялся:

– Приглядывай! И если заметишь, что парень хочет сбежать, – убей.

Поднявшись с ложа, Егор достал из дорожного сундука красивое ожерелье из изумрудно-зеленых бусин. Повернулся, подмигнув лежавшей на ложе Лючии:

– Это, между прочим – тебе. Подарочек ко дню ангела.

– Ой!!! – радостно сверкнув глазами, девчонка проворно надела ожерелье на шею.

На золотистой коже крупные бусины смотрелись здорово, князю и самому понравилось, тем более – юной одалиске.

– Славно, ой славно! – поправив ожерелье, ухмыльнулся молодой человек.

– Правда, красиво? – Лючия вскочила на ноги и, как была – нагою – выбежала в предбанник, где висело большое, тщательно отполированное серебряное зеркало.

И в самом деле – чистое серебро – Вожников диву давался – как его до сих пор не украли, ведь баня-то была так себе, говоря откровенно – притон.