Ватага. Атаман

А впрочем, тут и честные люди мылись… и имели девочек, так что не притон, нет, обыкновенная – еще по римскому образцу, с терпидарием, кальдарием и всем таким прочим – баня… напополам с лупанарием – публичным домом, как неотъемлемой составляющей частью. Все правильно, надо же как-то отдыхать честным гражданам Кафы после утомительных трудовых будней, а без девочек какая же баня? Так, смех один, некому и спину потереть. Сегодня, кстати, по случаю воскресного дня, баня не работала – по воскресеньям в церковь надо ходить, а не мыться, так что закрыто все… разве только для особо избранных клиентов. Таких, как к примеру, бравый старший десятник с башни Святого Климента. О, банщик его уважал – платил синьор кондотьер щедро! Хотя… не только он один, вот и в это воскресенье баня отнюдь не пустовала.

– Нет! В самом деле, очень красиво! – прибежав обратно в массажную комнату, Лючия бросилась князю на шею. – Спасибо, мой господин! Знаешь, как на меня там все смотрели?

Егор поперхнулся вином:

– Тьфу ты! Так ты там, у зеркала, не одна была?

– Там два господина отдыхали, в шахматы играли на лавочке, один – мессир Гвизарди, судья, а второго я не знаю, наверное, какой-нибудь приезжий купец. Старые оба, смешные."

"– Ну да, ну да – смешные, – не выдержав, рассмеялся молодой человек. – Верно, до сих пор смеются: пустил банщик в баню, помылись, сели в шахматишки сыграть… а тут вдруг – ты!

– Да еще с этаким ожерельем!

– Ты и без ожерелья вовсе нехудо смотришься, – Егор махнул рукой, присев на край мраморной лавки, и хотел было что-то спросить… как в двери вежливо постучали.

– Войдите, – Вожников быстро прикрылся простыней, Лючия же не сделала даже попытки, так и валялась на массажном ложе в одних бусах.

– Э, я дико извиняюсь, достопочтимый синьор, – прошамкала просунувшаяся меж дверными створками голова с венчиком голубовато-седых волос вокруг обширной плеши. – Не хотите ли с нами сыграть?

Князь удивился:

– А вы, любезный мой синьор, кто?

– Я – местный квартальный судья, – пялясь во все глаза на голую одалиску, горделиво пояснил старик. – Зовут меня Джироламо Гвизарди, и живу я недалеко. А там, в предбаннике, мой друг из Чембало, мессир Алессандро Орбелини, купец. Просто, вы знаете, он совсем не умеет играть.

– Я тоже не очень-то важный игрок… – хмыкнул Егор. – Но все же составлю вам компанию. Только, если вас обоих не затруднит – заходите сюда. Тут спокойно, уютно, если что – пошлем кой-кого за вином.

Лючия сразу же засмеялась:

– Ой, опять мне бежать!

– Да кому же еще-то? Ну, заходите, заходите же, господа.

Так вот и сели играть: судья с князем – в шахматы, а мессир Орбелини с Лючией, все же соизволившей хоть как-то прикрыть наготу простыней – в кости.