Ватага. Атаман

– Вон колеи-то – арбы проезжали, а наш воз поуже их будет.

Свернув, поехали по каменистой дорожке, довольно узкой – росшие по обеим сторонам кусты самшита царапали колючками руки. Тележные колеса, поскрипывая, подскакивали на камнях, вокруг зудели откуда-то появившиеся мухи, а вот сильно пахнуло падалью.

– Лошадь, наверное, дохлая, – брезгливо зажав нос, предположил Федька. – Или осел.

– Как бы эта падаль в воде не лежала, – сплюнув, промолвил князь. – А то, чувствую, напьемся мы тут с вами.

Подросток сверкнул глазами:

– Я посмотрю? Сбегаю?

– Давай.

Федька проворно скрылся в кустах, а отряд продолжал путь без остановки – и так медленно двигались, быстроногий отрок догонит, вполне.

Он и догнал, уже через пару минут объявился – с расцарапанной в кровь щекою и порванной штаниной:

– Не, не в воде. Рядом. Да речка туда течет, к лошади, а мы ж куда выше по течению встанем.

– Добро.

Махнув рукой, Вожников приказал искать место для дневки, точнее – для короткого отдыха. Часа два, как прикинул Егор, вполне хватит для того, чтобы дать людям и лошадям отдохнуть, а потом еще успеть пройти-проехать до отмеченного на схеме караван-сарая – примерно километров восемь-десять.

Вскоре обнаружилась небольшая полянка, как раз у самой реки – узенькой, каменистой и бурной, там и встали, первым делом утолив жажду. Пустив коней пастись, набрали хвороста, разложили костер, ответственный за еду возница высыпал в котелок с водою муки и вяленого мяса. Закипела вкусная похлебка, парни-дружинники, улыбаясь, готовили ложки.

Князь подошел к речке, нагнулся, зачерпнув ладонями воду…

– Княже, кажется, я кого-то видел там, у падали, – подойдя, негромко сообщил Федор.

Вожников резко обернулся:

– Видел или кажется?

– Чувствовал чей-то взгляд… чужой и недобрый, – юноша почесал за ухом. – И кусты шевелились. Думаю – там был кто-то. Охотник, пастух… Нас испугался – ушел.

– Может, и так, – задумчиво промолвил Егор. – Может. Ладно, иди покуда к костру…

Князь вновь склонился над водою… и почувствовал, как внезапно сдавило грудь.

– Все принесли? – поправив на голове шлем – обычную солдатскую каску, правда, украшенную разноцветными перьями – капитан Франческо Аретузи недобро посмотрел на местного старосту – смуглого до черноты татарина неопределенного возраста, с реденькими усиками и без бороды.

Селение давно задолжало городскому совету Кафы, коему – по новой договоренности с ханом – должно было подчиняться, и сейчас уже накапали проценты, которые хитрый староста хотел хотя бы чуть-чуть снизить, не понимая того, что сие было отнюдь не во власти капитана наемников.