Ассирийский мушаркишу

Мне пришлось продать большую часть пшеничной соломы, чтобы освободить для него место. Люпиновое сено более калорийное. Остатки продал коневодам. Еще через два месяца был второй укос, намного жиже, но шесть шиклу все равно заработал. После этого я подождал, когда люпин еще раз подрастет до цветения, и приказал запахать глубоко плугом с лемехом к огромному удивлению моих соседей. Они понятия не имеют, что такое сидерат."

"Незадолго до этого в садах начали собирать яблоки. Узнав, какой урожай пшеницы я собрал, тесть Макузи все лето вертелся возле деревьев, обрезанных мной. Они отцвели лучше, чем соседние, и плодов дали больше. Немаловажным было и то, что собирать урожай намного удобнее, не надо лазить по лестницам. Каждое лето при сборе фруктов не обходилось без того, чтобы кто-нибудь не грохнулся с высоты. Обычно отделывались ушибами, но особо одаренные неудачники ломали пальцы, руки, ноги.

— Осенью обрежу так и остальные деревья, — сделал вывод тесть.

В конце августа Ашму родила мальчика, белобрысого и голубоглазого. Роды проходили очень тяжело, потому что ребенок был большим. Жена орала так, что я уехал на охоту и вернулся только через два дня, когда случайно встреченный горожанин сообщил приятную новость. Ашму лежала в кровати. Лицо в полумраке казалось непривычно бледным. Наверное, порвалась сильно. Под глазами черные круги, но на губах счастливая улыбка. Рядом на кровати стояла корзина, в которой, завернутый в льняную белую пеленку, спал новорожденный.

— Посмотри на него, — предложила Ашму и добавила радостно: — Весь в тебя!

Я сделал вид, что мне интересно.

— У меня молока мало, помогает Шева, — пожаловалась жена.

Рабыня тоже вот-вот должна родить. Сиськи у нее, как два арбуза.

— У Шевы на двоих хватит, — произнес я.

— Как назовем сына? — спросила Ашму и сама ответила: — Давай Табарна, как мой дедушка по папе?

— Как хочешь, — разрешил я, чем немного огорчил ее.

Видимо, хотелось пообсуждать, обменяться эмоциями, а я, кайфолом, взял и сразу согласился.

— Главное — выздоравливай, а с именем потом разберемся, — сказал я.

— Уже лучше себя чувствую, — сообщила она, хотя заметно было, что это не так.

С кровати она начала вставать через три дня. Сперва ходила, придерживаясь за стены и переставляя ноги, будто это протезы. Когда первый раз вышла во двор, на солнечный свет, расплылась в улыбке и заплакала от счастья. Как догадываюсь, были моменты, когда уже прощалась с жизнью. Сейчас часто умирают во время или сразу после родов.

Через две недели и сравнительно легко Шева родила девочку. У нее и задница пошире, и ребенок поменьше. Теперь она кормила двух младенцев. Я не ошибся, хватало обоим. Ашму тем временем оклемалась окончательно. Опять стала веселой, смешливой, но в постели была напряженной.