Ассирийский мушаркишу

Наша армия развернулась и ускоренным маршем пошла к Ниневии.

Когда мы спустились с гор в равнины Месопотамии и остановились на отдых в Акшаке, где шарра Ассирии ждала галера, он пригласил меня в резиденцию шакну и приказал:

— Когда потеплеет, вернись в Элам и убей Кутирнаххунте.

— Будет сделано, — пообещал я.

Мне ни разу не тарахтело переться к эламитам, где меня могли опознать со всеми вытекающими последствиями, но сам выбрал этот путь, не откажешься.

55

Война войной, а торговля вечна. Купцы из Халеба, как ни в чем не бывало, продолжают возить в Вавилон товары, в основном зерно, собранное весной. Когда начал спадать паводок, отравился с ними в путь и я, пробыв дома всего полтора месяца. Повез пурпур, который выменял у финикийцев на нестроевых лошадей — один стратегический товар на другой. Места занимает мало, а стоит дорого, то есть никому не покажется странным, что я с таким малым грузом отправляюсь в такое дальнее путешествие. Само собой, в Вавилоне продавать пурпур не собирался. Наши купцы представили меня, как своего торгового коллегу с побережья, который хочет продать ценный товар эламитам, где цены на него раза в два выше, что тоже не показалось странным. Меня за умеренную плату и на собственных харчах взяли на двадцатичетырехвесельную галеру, которая через два дня отправилась в Сузы. Вниз по течению Евфрата буквально летели, преодолев за световой день километров сто восемьдесят или больше. На второй день были в устье реки, где переночевали. Рано утром вдоль берега добрались до устья реки Керхе, тоже быстрой и многоводной сейчас и за двое суток добрались до новой столицы царства Элам.

Мадакту показался мне уменьшенной, дешевой копией Дур-Шаррукина. Наверное, архитекторы были те же самые, но средства им выделили скромные. Впрочем, благодаря расположению на высоком холме, вполне себе приличная крепость. Мы разместились в торговой слободе. На следующий день был местный праздник бога Иншушинака, ранее покровителя Суз, а теперь главного во всей стране. У эламитов три старших бога (еще мать-земля Киририши и ее муж Напириша, распоряжавшийся водами, в том числе подземными), тридцать четыре «средних» и больше двух сотен местечковых. В этот день не торговали, поэтому я прогулялся по городу, вместе с толпой пройдясь к центру. Как мне сказали, в Мадакту больше трех тысяч домов. Значит, проживает тысяч пятнадцать-двадцать жителей. Улицы непривычно широкие для эламских городов, как и подземная канализация и водопровод из глиняных труб, ведущих к многочисленным фонтанам. Дворец суккаль-маха — цитадель. Так понимаю, подданных не любит и боится, и эти чувства взаимны. Рядом три храма на высоких каменных платформах, из-за чего напоминают шумерские зиккураты. Явно повлияли более продвинутые соседи.