Д'Артаньян — гвардеец кардинала. Тень над короной Франции

Сообразив, что кричит зря — кто в таких случаях остановился бы? — д'Артаньян вспомнил другой более надежный способ и заорал что было сил:

— Держи вора! Лови его! Держи вора!

Призыв к подобному развлечению испокон веков будоражил кровь не одних лишь парижан. Пожалуй, мало сыщется на земле людей, в ком не взыграет азарт охотника, особенно если учесть, что всякий, кто гонится за вором, каков бы ни был в обычной жизни, становится на короткое время словно бы полноправным блюстителем закона и порядка…

Ничего удивительного, что все, кто находился поблизости, восприняли крики д'Артаньяна, как обученный конь под рейтаром — рев боевой трубы. Добровольные помощники хлынули со всех сторон, вопя и сталкиваясь, еще плохо представляя себе, кого именно следует ловить из находившихся на улице, — и гасконец с радостью увидел, что бегущий шарахнулся от выскочившего ему навстречу здоровенного мясника, сбился с аллюра, метнулся в сторону, в переулок, теряя драгоценное время на петлянье меж преследователями…

И припустил быстрее, придерживая немилосердно колотившую его по ногам шпагу.

По булыжной мостовой загрохотали подковы — гасконца обогнали конные де Вард и Каюзак, вихрем летевшие прямо на толпу брызнувших во все стороны добрых парижан. Проносясь мимо бегущего, Каюзак опустил ему на темя свой увесистый кулак — и убийца кубарем покатился по мостовой, пока его не остановила тумба на углу.

Добежав наконец, д'Артаньян опустился на корточки и воскликнул недовольно:

— Черт возьми, вы его прикончили, Каюзак!

— Да ничего подобного, — пробасил великан, проворно спешиваясь. — Самый живучий на свете народ, д'Артаньян, — как раз убийцы. Можете мне поверить, я их столько перевидал… У каждого из них душа гвоздями к телу приколочена, тот, кто отнимает чужую жизнь, за свою цепляется, как за спасение души…

— По-моему, он прав, — поддакнул де Вард, присмотревшись внимательно. — Мерзавец живехонек… Эй ты, вставай! А вы все разойдитесь, живо! — обернулся он к столпившимся вокруг зевакам. — Служба кардинала! Кому неймется от любопытства, может потом навести справки в Бастилии!

После этих слов — и при виде красных плащей — толпа стала редеть, хотя кое-кто, уходя, и бормотал себе под нос нечто такое, что вряд ли позволяло зачислить этих буржуа в ряды кардиналистов. Как бы там ни было, но переулочек быстро опустел.

— Эй ты! — рявкнул д'Артаньян, бесцеремонно поднимая слугу за шиворот с мостовой. — Хватит притворяться! Ишь, глазами хлопаешь! Зачем ты убил маркиза?

Слуга смотрел на него затравленно и зло, и этот взгляд убедил гасконца, что дело определенно нечисто, простым подкупом его, пожалуй что, не объяснить…

— Позвольте-ка мне, д'Артаньян. — Каюзак бесцеремонно отобрал у него пленника и встряхнул его, как куклу.