Принц Ардена

Что он о себе возомнил? Думает напугать ее какой-то глупой игрой? Ну уж нет! Она подошла к камину, снова уселась на ковер напротив мужа и, плюнув на ладонь, протянула ему руку.

Рэндалл в недоумении уставился на нее.

– Какие утонченные манеры. У женщин севера плевки имеют некое сакральное значение?

– Боишься замарать свои нежные ручки, южный принц? Можешь принести кинжал, и мы скрепим клятву кровью. – Аврора упрямо держала руку перед собой.

Рэндалл покачал головой и неожиданно для Авроры тоже плюнул на свою ладонь.

– Клянусь говорить только правду и ничего, кроме правды! – И, прежде чем пожать ее ладонь, он нежно провел по ней пальцами.

У Авроры засосало под ложечкой.

Эта игра определенно не сулила ей ничего хорошего.

Рэндалл зажег трубку, блаженно пуская дымные колечки, запрокинув голову на сиденье мягкого кресла.

– Душа моя, я весь в ожидании вопроса, – сказал он после очередной затяжки.

– Итак, твоя мама, она была фавориткой?

Рэндалл нахмурился и отвернулся к камину.

– Нет, Аврора. Она не была фавориткой и никогда бы ей не стала. И… – Он посмотрел на нее с грустью в глазах. – Аврора, когда-нибудь я расскажу тебе о маме, но, пожалуйста… дай мне время.

Аврора сглотнула ком в горле. Как много скорби и боли в его голосе.

– Хорошо, Рэндалл. Теперь твоя очередь.

Он прокашлялся и размял шею. Натянув небрежную улыбку, спросил:

– Душа моя, поведай мне о поступке, за который тебе стыдно.

Аврора, нахмурившись, задумалась. За какой поступок ей было стыдно больше всего? За всю свою жизнь она не совершала ничего предосудительного, как ей казалось.

– Неужто образ жизни княжны Севера был настолько праведным, что тебе нечего вспомнить? – спросил Рэндалл через минуту молчания. – А как же грабеж на ярмарке? Или плевок в лицо незнакомцу?

– За это мне не стыдно, – огрызнулась она. – Я вспомнила один случай.

– Я весь внимание, – ответил он и сделал глоток кофе.

– Когда мне было двенадцать, я влюбилась в сына стражника моего отца. Я была уверена, что Янек тоже в меня влюблен, потому что папа говорил, что по красоте со мной не сравнится ни одна северянка. – Аврора грустно улыбнулась. – Я решила признаться ему в своих чувствах, а он сказал, что я уродина и никогда на мне не женится. Я тогда впервые почувствовала мерзкий привкус унижения. Я убежала и не покидала комнаты два дня.

– Чем ты занималась все эти дни? Плакала? Или придумывала план мести? – поинтересовался Рэндалл, широко улыбаясь.

Аврора усмехнулась.

– А ты как думаешь? Я была вне себя от злости. Это было ниже моего достоинства – плакать из-за глупого мальчишки. Я отомстила ему за нежелание принять столь щедрый дар, подарив мешочек, доверху наполненный пауками, которых собрала в конюшне.

Рэндалл покачал головой и тихо засмеялся.