Изгнанник Ардена

У Танната нет братьев, только сестры, а значит, я вторая в линии престолонаследия. Хотя мои дражайшие тетки вряд ли бы поддержали мою кандидатуру и в случае внезапной кончины Стефана заявили бы права на корону.

– Ты бы хотела править?

Тристан пинал по дороге камушек носком сапога из тончайшей телячьей кожи, и, когда тот отскакивал в сторону Адалины, она пинала его обратно.

– Не знаю. – Она пожала плечами. – Я в этом мало смыслю. Однако есть одна причина, почему я не могу дать категоричный ответ.

– И какая же?

Адалина злорадно улыбнулась.

– Я бы хотела увидеть физиономию Стефана, когда тот не получит то, чего жаждал всю жизнь.

– Коварная демонесса, – усмехнулся Тристан. – Уж поверь, я сделаю все возможное, чтобы корона стала для него настоящей удавкой. – Он пнул камушек так сильно, что тот отскочил в овраг.

– Думаешь, это из-за его влияния Артур решил восстать против отца?"

"– Артур бредил властью с юных лет. После долгой болезни он мечтал утереть носы всем, кто в него не верил, а подружившись со Стефаном, совсем помешался на жажде власти. Но у меня и без этого есть причины ненавидеть твоего братца.

Адалина удивленно посмотрела на Тристана, и у него на лице проступила холодная решительность.

– Он превратил твою жизнь в ад. Я поступлю с ним так же.

Адалина в изумлении замерла. Она никак не ожидала, что Тристану есть хоть какое-то дело до того, что Стефан издевался над ней.

– Что ты собираешься сделать?

Тристан холодно улыбнулся.

– Пока он строит из себя убитого горем вдовца, продлевая траур, я по всему Западу собираю грязные сведения о нем. Ищу лордов из круга приближенных Танната, которых Стефан обманом и шантажом отстранил от должностей в Королевском совете. Сею зерна раздора между его верными подданными. Даже если правление Стефана будет долгим, я сделаю все возможное, чтобы оно было для него хуже каторги.

Адалина знала, что Тристан не бросал слов на ветер, и всей душой надеялась, что у него получится.

За разговорами они добрались до торговой лавки, которая представляла собой пристройку в виде деревянной мансарды к добротному глиняному дому с плоской крышей из циновки. На крыльце висела деревянная табличка с миреасскими письменами, но Адалина не умела их читать.

Она остановилась, и, несмотря на жару, ей стало зябко от волнения.

– Я с тобой, – шепнул Тристан и, сжав ее ладонь, осторожно подтолкнул к двери.

Адалина переступила порог и оказалась в залитой светом комнате, заполненной деревянными столами, стульями и скамьями, стоящими друг на друге. С потолка свисали миски, горшки и ложки из дерева и глины, а к стенам были прибиты полки и шкафчики с дверцами. В дальнем углу на поломанных ящиках сидел смуглый мужчина сорока лет.