Хранитель Ардена

В комнате воцарилась тишина.

Здесь собрались жены и дочери самых знатных лордов Фортиса. От обилия пестрых кружев, рюшек, пышных юбок и блестящих побрякушек у Тристана зарябило в глазах. Змеиное логово показалось бы ему более уютным пристанищем, чем материнская комната, полная лицемерных стерв, с половиной из которых он успел переспать.

– Тристан. Здравствуй, сын мой! – Мари поднялась с массивного кресла во главе стола и сложила руки на груди, прижимая к себе кружевной веер.

– Милые леди, я хочу остаться с дражайшей матушкой наедине, – холодно процедил Тристан, проигнорировав ее приветствие.

В комнате поднялся недовольный ропот оскорбленных женщин.

– Тристан, негоже так грубо обращаться с дамами. Ты, вероятно, очень устал с дороги. Извинись перед моими гостьями и присоединяйся к трапезе. – Королева смягчила замечание ласковой улыбкой.

Тристан мысленно начал считать до десяти.

Один, два, три…

Женщины молчали в ожидании его извинений. В гнетущей тишине раздавалось раздражающее позвякивание ложек о чашки. Леди Дастин, жена члена внутреннего Совета Фортиса, с остервенением обмахивалась веером, хотя в комнате было совсем не жарко. Ее многочисленные браслеты бились друг о друга, и этот звон действовал Тристану на нервы.

Четыре, пять, шесть…

Леди Норман уже в третий раз с момента его прихода томно вздохнула и призывно облизнула губы, глядя на принца. Она была всего на несколько лет младше королевы, но в прошлом году на балу едва ли не силой пыталась затащить Тристана в темную нишу. Он с трудом отбился от этой чокнутой женщины.

Семь, восемь, девять…

Дочка лорда Эттвуда, сидевшая ближе всех к двери, встряхнула своими кудрями, и до Тристана долетел тошнотворный сладкий запах духов.

Черт…

– Пошли все вон, – тихим угрожающим голосом сказал Тристан, и его взгляд при этом полыхал таким гневом, что ни у кого из присутствующих не возникло желания спорить с ним.

Через три минуты суетливых сборов, оскорбленных взглядов и злых перешептываний женщины покинули комнату, и Тристан остался с матерью наедине.

– Ну здравствуй, матушка. – Он подошел к ней и намеренно громко чмокнул в щеку.

– Что ты себе позволяешь, Тристан? – с упреком спросила Мари.

– Что именно? – Он устроился в одном из свободных стульев и с интересом стал изучать блюда на столе.

– Ты ворвался в мои покои во время чаепития, нахамил гостям и разогнал их. Кто дал тебе такое право?

Тристан взял с подноса крупное наливное яблоко и, откусив смачный кусок, с вызовом уставился на мать.

– А кто тебе дал право выдавать мои секреты, матушка? – В последнее слово он вложил весь яд.

Королева тяжело вздохнула и опустилась в кресло. Она сразу поняла, о чем речь.

– Тристан, послушай.