Хранитель Ардена

Твоему брату нужна помощь, – начала Мари мягким и ласковым тоном. – Он ведет опасную игру с Западом и Арденом. Арон отказался его поддерживать, и я боюсь, что он начнет строить козни против брата, чтобы занять его место на троне. Артуру нужна мощная поддержка. Поэтому я решила, что ее сможешь оказать ты. А он, став королем, в долгу не останется и назначит тебя Хранителем более значимых земель.

– Ты, возможно, забыла, но Арон тоже твой сын.

– Если позиции Артура окрепнут, Арон не будет лезть на рожон. Так мы предотвратим вражду между ними. Они ведь твои братья, Тристан.

Гнев уже не умещался внутри Тристана. Он хотел кричать и крушить все вокруг.

– Братья, которые меня презирают и в грош не ставят, которые ни разу не заступились, когда отец выставлял меня на посмешище на званых ужинах и балах. Братья, которые предпочли бы и вовсе не видеть меня на фамильном древе непогрешимого рода Вейланд. Да в гробу я их видал, матушка, – сорвался Тристан на крик. – Мне плевать на них! Ты, мама, единственная, кому я доверял и кого любил. Я просто хотел, чтобы хоть ты-то мною гордилась. – Крик отчаяния затих до удушающего шепота: – А ты предала меня.

На лице Мари отразилась боль. Она встала из-за стола и подошла к Тристану, мягкими теплыми руками коснувшись его волос и лица."

"– Сынок, прошу, не надо так. Я люблю тебя, люблю всех вас и стараюсь оберегать по возможности. Вокруг столько врагов, а мои сыновья разобщены, как пена в море. Ты, Артур, Арон, Калеб, Уилл – вы ведь родные братья. И только объединившись, станете непоколебимой силой. Поэтому я пошла на этот шаг, сын, и очень надеюсь, что ты простишь меня. Мы ведь одна семья.

Глаза Тристана жгли злые слезы.

Он вспомнил, как впервые посетил Арден. Это случилось через полгода после знакомства с Анной. Он не мог бороться со своими чувствами и хотел увидеть ее хотя бы одним глазком. Тогда-то он и стал свидетелем сцены, когда Анна учила Рэндалла играть сложную партию на пианино. Они вместе шутили, смеялись, по-доброму подтрунивали друг над другом. И он точно знал, что их отношения были искренними – в отличие от Тристана и его братьев. Они любили друг друга, были настоящей семьей.

Тристан до сих пор даже себе боялся признаться, что хотел бы стать частью такой семьи.

– Он тоже был моим братом, – едва слышно сказал Тристан.

– Что? – Губы Мари дрогнули.

Тристан поднял голову и встретился с ее полным смятения взглядом. Ее величавость и непоколебимое спокойствие дали трещину, уступив место волнению. Тристан взмолился Единому, чтобы не разочароваться в ней еще сильнее.

– Умоляю, матушка, скажи, что ты не знала о планах Артура убить Рэндалла. – Его голос дрожал. – Молю, скажи, что если знала, то пыталась его отговорить… Скажи, матушка.

По лицу Мари пробежала тень.