Екатерина Арагонская. Истинная королева

– Почему вы послали за ним своих людей? – спросила она.

– Чтобы узнать, зачем он поехал на самом деле. Я не такой глупец, за какого вы меня принимаете.

– Я имею право на то, чтобы мой голос тоже был услышан в Риме! – возразила Екатерина.

– Вы не имеете права подстрекать императора к войне, а именно так может быть истолковано это письмо.

– У меня этого и в мыслях не было! – воскликнула Екатерина. – Как вы могли подумать обо мне такое?

Генрих взирал на нее гневным взглядом:

– Подтверждения этому у меня перед глазами!

– Вы верите только тому, во что хотите верить, – обиженно сказала она, – но, уверяю вас, я ваша верная и преданная жена и никогда не сделала бы ничего, что могло бы повредить вам.

– Вы на это не годитесь! – резко ответил он и вышел.

Екатерина заметила, что теперь за ней следят еще пристальнее. В ее окружение просачивались слуги самого короля, а не одного только Уолси. Она понимала, что нужно действовать очень осторожно, особенно в сложившихся обстоятельствах, ведь Генрих считал ее способной разжечь войну. Она не должна давать ему ни малейшего повода для подозрений.

Ей было отчаянно необходимо повидаться с Мендосой, но посол императора, разумеется, не смел являться к ней с визитами. Когда они столкнулись лицом к лицу на приеме в честь итальянских посланников, он поклонился королеве, однако из осторожности даже не взглянул ей в глаза. В зале было полно людей, они толпились вокруг и переговаривались. Генрих стоял на некотором расстоянии в окружении алчных придворных. Несколько раз он разражался громким хохотом.

– Мадам, одно слово, – пробормотал Мендоса. – Мой господин выразил возмущение действиями короля, которые находит странными. Он не верит, что его милость мог зайти так далеко, и повелел мне, чтобы я, ради всего святого, положил конец этому скандальному делу. Я должен передать вам это. А теперь, пожалуйста, не задерживайтесь рядом со мной."

"Когда Екатерина уходила, он сунул ей в руку сложенную бумагу. Казалось, этого никто не заметил.

Оставшись одна в своих покоях, Екатерина прочла, что написал ей племянник Карл.

Вы легко можете представить себе, какую боль причинили мне эти известия и как я Вам сочувствую. Я тотчас же предпринял необходимые шаги для защиты Ваших прав, и будьте уверены, я не упущу ни одной возможности помочь Вам.

«Наконец, – подумала она, – наконец-то нашелся хоть кто-то, готовый и способный мне посодействовать. Я обрела защитника».

Глава 23

1527 год

Секретное дело короля превратилось в Великое дело. Так называли его люди – ужасавшиеся, одобрявшие или просто любопытствующие. Казалось, большинство ужасалось.