Екатерина Арагонская. Истинная королева

– Кейт, если бы вы дали мне закончить, то знали бы, что ничего сделать уже нельзя! Карл нашел себе невесту побогаче – вашу племянницу Изабеллу Португальскую. У нее приданое в миллион крон, гораздо больше, чем я могу дать за Марией. Но что еще важнее, она уже в детородном возрасте и очень красива.

Генрих расхаживал взад-вперед, в ярости от собственного бессилия.

– Я всегда мечтала, – отрывисто произнесла Екатерина, – чтобы Англия и Испания объединились. Моим самым заветным желанием был брак Марии с испанцем. Это ужасно. Я не могу в это поверить!

– И я не могу поверить, что Карл оказался таким вероломным! – прорычал Генрих. – Уолси предупреждал меня, но я к нему не прислушался, потому что знаю: в душе он француз. Но, ей-богу, я почти жалею Франциска, который томится в мадридской тюрьме. – Генрих сел, кипя от гнева, потом с вызовом посмотрел на Екатерину. – Уолси хочет, чтобы я заключил новый договор с Францией, и, говорю вам, я намерен сделать это!

Екатерина встревожилась:

– Генрих, прошу вас, не принимайте поспешных решений. Уолси хочет, чтобы вы покинули императора. Он не простил и не забыл о том, как его лишили места папы.

– Мадам, а что может теперь предложить мне император? – спросил Генрих, снова распаляясь. – Уолси тут ни при чем. Речь идет о поддержании равновесия в Европе. Если Карлу нужна свобода, он ее получит, но ценой моего примирения с Францией, и тогда пусть он поостережется!

– Пожалуйста, Генрих, выслушайте меня!

– Помолчите, Кейт! Не в вашем положении выставлять требования.

Более жестокой отповеди он ей дать не мог, и Екатерина мигом осеклась. К ней тут же вернулось горькое сознание того факта, что из-за предательства племянника и собственного бесплодия ее голос теперь ничего не значит. И ответственность за это она по большей части возлагала на Уолси. Легко было представить себе кардинала по капле вливающим яд в ухо Генриху. Это он изо всех сил старался подорвать доверие к ней, настраивал мужа против нее.

Но без борьбы она не сдастся.

– Ваши интересы – это мои интересы, Генрих. – Екатерина встала, чтобы оказаться лицом к лицу с ним. – Я никогда не предлагала и не делала ничего такого, что могло бы нанести вам урон. Мне искренне жаль, что Карл поступил так ужасно. Но я в этом не виновата и молю вас не осуждать меня за это, хотя он и мой племянник. Если бы мне удалось сейчас увидеться с ним, я бы высказала ему все, что думаю.

– А уж если бы я его увидел! – прорычал Генрих."

"На этом он ее оставил. Вскоре стало ясно, что Уолси снова взял короля в оборот. Через два дня Генрих вернулся, вел себя суетливо, а это было верным признаком того, что он принес неприятные новости.

– Теперь, раз Мария не едет в Испанию, ее нужно готовить к тому, что она станет королевой. Вы, Кейт, всегда этого хотели.