Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

Не хотелось заниматься каким-то необязательным делом, а все дела вдруг стали второстепенными и необязательными. Не хотелось листать газеты, хотя в последнее время Корней Павлович делал это что называется бегом, просматривая не дальше официальных сводок Совинформбюро.

Он обошел отдел, в ленкомнате оглядел стенд, плакаты. Вздохнул — надо бы побелить стены, освежить некоторые материалы, да где время и силы взять. Потом он направился к Якитову. Тот поднялся при его появлении. Пирогов заметил это. Подумал, что Федор пережил самое трудное время, освоился со своим новым положением и готов к ответственности без суеты, паники, с сознанием своей вины.

— Садитесь, Якитов.

— Поди, насижусь, лейтенант? Сколько мне положено?

— Суд решит.

— Но все-таки? Там ведь от и до…

— И то и другое — много… Утром я отправлю вас в область. Вы по-прежнему не хотите увидеть жену, детей?

— Хочу. Но не таким. Не в таком виде… Не такой я на самом деле!.. Скажи, могут меня снова на фронт…

— Почему бы и нет. Со штрафниками.

— Да по мне — хоть с чертями. Я до войны неплохо стрелял.

— Скажите об этом на суде. Не молчите. Оступился, надо выкарабкиваться. Толково, с умом. По-мужски.

Федор сквозь прищур внимательно глядел на Пирогова.

— Не понимаю я тебя, лейтенант. Что ты за человек? Ты должен презирать меня, а ты вроде как жалеешь."

"— Ты понимаешь свою вину. Не окажись тех минутных обстоятельств — родни, первой стопки, ты уже был бы хорошим бойцом. — Пирогов, увлекаемый Якитовым, тоже перешел на «ты». Да и то — ведь почти ровесники.

— Если меня — на фронт, я тебе напишу.

Глава тридцать седьмая

Бобков где-то задержался, и Пирогов уже стал думать, не пойти ли ему домой и не поужинать ли, когда в дежурку ввалились шумной толпой женщины и ребята. Среди них была и девчонка, та самая малявка, которая чуть не ввела в заблуждение Корнея Павловича. Пирогов оживился. Спросил, почти уверенный в ответе:

— Где же вас нашли?

— А мы сами, — отозвался бойкий, выгоревший на солнце пацан.

— Вас не нашли?

Мальчишки переглянулись.

— Мы — сами.

Пирогов помертвел, но быстро взял себя в руки.

— Ясно. Так куда вы уходили, простите мое любопытство.

— К Пурчекле.

— К Пурчекле? Зачем же?

— За золотом. Как сбор дорогих вещей на танки начался, Колька Мазин, этот вот, и говорит: «На Пурчекле золото лежит, хоть лопатой греби. Можно два мешка за день нагрести. Вот вам и новая колонна». Мы даже название придумали: «Орел». Взяли мешки и двинули искать.

— Кто вам дорогу показал?

— Дедка Большаков.

— Вы ему сказали, для чего вам это надо?

— Не-е. Мы — хитро.

«Отодрать бы вас ремнем, — подумал Пирогов. — Золота им захотелось».

— Ну и где ваше богатство?

Мальчишки молчали.

— Я жду.

— Мы не дошли. — Это и был Мазин. Он продолжал отстаивать свою уверенность.