Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

Снова принимался дождь, но не лил, а капал редкими каплями, стихат и снова капал.

— От девчат ничего?

— Нет, товарищ лейтенант.

«Вот ведь прихватило. Прямо за яблочко! — подумал он. — Может, прав Паутов. Пусть трупом занимаются шуйцы. А ты беги воинство искать. Как бы худу не быть… Но ведь шуйцы никого не найдут у себя…»

Поманил Брюсова в кабинет.

— Вы мертвецов очень боитесь?

Брюсов растерялся, не понимая, куда клонит этот неуемный, будто двужильный милицейский парень с кубарями в петличках.

— И-извините… Я не совсем представляю…

— Вы мне нужны как свидетель. Как посторонний человек. Наконец как две дополнительные руки.

Кровь отлила от лица Брюсова."

"— Когда я выходил из окружения, я видел всякое… Тут, конечно, не Харьков… Но я думаю, и я не тот, что до войны… Надо попробовать.

— Договорились. А теперь пойдемте, нас ждут к завтраку.

Когда они полчаса спустя вернулись, Ветрова доложила, что врач Бобков позвонил недавно, жаловался, что у него маленькая заминка получилась, что он выходит с минуты на минуту, пусть Корней Павлович не беспокоится.

Пирогов потускнел.

На деревянном крыльце бухнули сапоги. Точно кто-то сквозь толстый листвяк провалиться хотел, так околачивал с ног грязь. Это мог быть доктор. А мог и возчик из известкового карьера, приданный увезти тело Пустовойтова до Ржанца. Наконец почему бы не появиться Козазаеву, не сообщить, что они с Пестовой вернулись.

Дверь открылась и на пороге оказался Сахаров. Приглядевшись, он увидел в обшей комнате Пирогова, Брюсова, Ветрову, принял военную стойку, коснулся виска кончиками пальцев, громко гаркнул, будто перед строем.

— Всем — мое почтение. Не помешал?

— Это смотря что привело вас, — отозвался Пирогов.

— Дело у меня. Важнее важного… С глазу бы на глаз. — Показал пальцем на свою грудь и грудь Пирогова.

— Пойдемте. — Корней Павлович направился в кабинет. Старик вошел следом, стащил с головы кожаный картуз, смял его так, что он пузырями вздулся между пальцами. Зыркнул на карту, уставился на Пирогова.

— Заявление у меня для милиции. Для эн-ка-вэ-дэ. Ты уж у нас заступник о двух головах. — Кашлянул, снова покосился на карту, замолчал, не зная, как приступить к главному.

— Что-нибудь про шар вспомнили? — помог Корней Павлович.

— Шар? Эка, парень, старые дрожжи перебираешь. А я-то и думать забыл про них.

— Напрасно, — построжел Пирогов. — Делаю вам официальное напоминание: опишите подробно все, что вам известно — день, час, место, откуда и куда двигался… Кто видел шар еще?

Сахаров шлепнул себя по лбу.

— Не дал бог здоровья, не даст и лекарь. Память у меня, что сито, — дырявая.

«А ведь врешь, — не согласился Пирогов.