Антология советского детектива-1

Что кроется за названием?

Важны любые подробности.

Профессор».

Глава двадцать первая. «ПОСЫЛКА» ОТ «СТУДЕНТКИ»

Во временный лагерь для военнопленных генерал Роговцев решил наведаться, когда узнал о пребывании в нем «нетипичного» немца. Так сложилось, что уже почти год Матвей Иванович вынужден был много времени уделять фашистской пропаганде, особенно с того времени, как в плен захватили корреспондента из Берлина Адольфа Шеера, посланца из геббельсовско–го министерства. Он убедился, что газетчики смотрят немного дальше в будущее, нежели заурядные вояки. Но то, что сейчас не дает покоя единицам, завтра может стать общим настроением. И значит, это позволяет делать довольно точные прогнозы, что порой играет чрезвычайно важную роль в ратном труде фронтовых разведчиков.

Лагерь был расположен в неглубокой балке, на быструю руку огороженной колючей проволокой. Охраняли его только два автоматчика. Тем не менее пленные вели себя смирно, послушно, дисциплинированно исполняли все приказы и распоряжения. Известное немецкое выражение «порядок есть порядок» здесь действовало безотказно.

Все лагерное начальство состояло из одного лейте–нанта — переводчика, который одиноко скучал над бумагами за низеньким столиком прямо под открытым небом.

Сюда и вызвали «нетипичного», который был записан как Отто Хубе. И вот уже щелкают немецкие каблуки, грудь выпячена вперед, руки — по швам с немного отведенными в стороны локтями. Одет в форму рядового вермахта. Глаза пугливые, настороженные.

— Скажите, почему вы в форме рядового?

— Яволь. По профессии я — журналист. Как слишком близорукий, от службы в армии был освобожден.

Однако война длилась два года, а не два месяца, как планировалось, и меня мобилизовали тоже.

«Да, за два года мы перемолотили отборные части вермахта, — подумал Матвей Иванович, — С резервами у немцев туговато, дошла очередь и до таких…»

Отто Хубе сказал, что будто бы появление его на фронте никак не зависело от «тотального гребешка».

— Именно, ведь если я могу работать в тыловой газете, то почему не смогу во фронтовой?

— Вы не ответили на мой вопрос, — напомнил генерал Роговцев.

— Яволь. Я отвечаю на ваш вопрос, герр генерал. Немного терпения, и вы в этом убедитесь.

— Тогда продолжайте, если считаете нужным."

"— Яволь. Недавно мне предоставили кратковременный отпуск. Обстоятельства вынудили меня задержаться дома сверх срока на две недели. Военная жандармерия сочла меня дезертиром, когда я уже возвращался к месту службы. Меня сразу же разжаловали и включили рядовым в штрафной батальон. Все делалось очень быстро — как раз начался штурм Краснодара вашими войсками. Наш батальон сразу же бросили в самое пекло.