Операция «Антитеррор»

– Я знаю, что случилось с машиной... – сказал Ваха. – К хозяину машины уже приезжали из ФСБ. Он сказал им, что ему передали письмо родственники из Грозного, попросили помочь человеку, который решил делать здесь бизнес. Вот он и помог. Дал в долг машину. С ним обещали расплатиться. Поверили – не поверили... А кто что докажет?

Вышла из кухни Гаврош.

– А это кто такая? – спросил Ваха чуть развязно. Он всегда относился к женщинам свысока. – А я где-то уже видел ее...

– Это Гаврош, – сказал Муса. – Познакомься...

Это имя для Вахи было посторонним. Оно не произвело впечатления и не изменило его слегка насмешливый взгляд.

– Где я тебя видел, красавица?

Она взгляд выдержала.

– У Хозяинова. Когда ты приезжал платить ему деньги за то, что он разрешал тебе работать в этом городе. Помнишь?

Ваха моментально помрачнел. Он не любил, когда ему напоминали о том, что он не везде бывает первым человеком, каким он желал бы быть.

– Гаврош – командир диверсионной группы в отряде Хаттаба, – сказал Муса. – Очень уважаемый боец у нас дома. Ее хорошо помнят многие еще по прошлой войне. И очень ценит Хаттаб.

Это для Вахи значило гораздо больше, чем ее знакомство с местным уголовным авторитетом Хозяиновым, который к тому же пока «отдыхает» в следственном изоляторе. И чечен склонил голову, почти поклонился.

– Так что за проблемы? – так резко перешел он к делу, что сразу стало понятно – Ваха почувствовал себя не совсем уверенно после первоначального легкомысленного поведения.

– Наши люди попали в серьезное положение.

– Да. Я знаю. Один убит. Кто?

– Мой сын, – сказал Муса. И не добавил, что это приемный сын. Он сам после смерти Джабраила перестал даже про себя называть его приемным.

Ваха положил руку на плечо старика и опять склонил голову, закрыв на несколько секунд глаза. Это значило больше, чем слова соболезнования.

– Второй из группы Гавроша. Он ушел раненый. Пробито легкое. Нужен хирург.

– Хирург сидит в моей машине. Надежный человек. Он уже делал операции моим ребятам. Однажды даже было пулевое ранение. Я побуду здесь, с тобой, нам следует кое-что обсудить. Пусть Гаврош сама съездит к раненому. Хирургу объяснять ничего не надо и платить не надо. Я сам ему плачу.

– Убивать его тоже не надо? – скорее издеваясь, чем интересуясь, спросила Гаврош.

– Он нам еще много раз пригодится... – Ваха покачал красивой головой.

– Что сказать водителю? – спросила она.

Чечен молча вышел в коридор. Гаврош последовала за ним. Авторитет открыл дверь. На лестничной площадке стояли два телохранителя.

– Абдулла, съезди, куда она покажет. Врач с вами. Вернетесь сюда. Я жду.

Гаврош поблагодарила Ваху глазами и во встречном взгляде прочитала любопытство и почти восхищение.