Ангел для Зверя

Как развезти ее так, чтобы сама на мой елдак запрыгнула?

Разговор?

— Чувствуешь? — спрашиваю, когда воздуха в легких не остается.

Она моргает и поднимает на меня стеклянный взгляд.

— Что?

— Между ног.

Она стыдливо отводит взгляд и вновь попробует прикрыть свою грудь.

Поворачиваю ангельское лицо к себе.

Сажаю ещё выше, чтобы бёдрами ощутила всею силу моего желания к ней.

— Обычно я думаю тем, что внизу... — Кристина хочет спрятать смущенное лицо и не может, стесняется смотреть в глаза.

Но я не мог этого допустить. Не мог не закрепить свои намерения словами.

— Но сегодня я чувствую тем, что выше.

— Желудком? — шутит она и зарывается лицом в мое плечо.

Бурчит мне в шею, пока поглаживал ее по шелковым волосам, старался не думать о том, как ее голые сиськи прижимаются ко мне, а соски давят.

Как же из-за этого пульсирует в мозгах.

Кажется, я готов сейчас на все, чтобы она проявила лояльность и скинула с себя этот страх близости с мужчиной.

И когда я уже думал, что ничего у меня не вышло. Она берет мое лицо в холодные ладони, и сама льнет всем телом.

Немного дёргано и неумело впивается в мой рот.

Я отвечаю, растягиваю ее штаны и рукой в трусы забираюсь.

Растираю собравшиеся соки, стараюсь делать это как можно сдержанней и не пихать пальцы со всей дури.

Дурею окончательно.

У неё между ног именно так, как я и представлял себе.

Узко, туго, сладко. Особенно, когда эту влагу ко рту подношу, не верю, что она так пахнет.

Идеально.

Она же шокировано озирается на меня и ротик свой сладкий открывает, хлопает своими большими глазами. Желая возразить.

Я долго не раздумываю, целую, чтобы почувствовала меня.

Желание. Жажду.

Чтобы приступить к самому важному.

Только вот странный холодок мешает наслаждаться.

Что-то не так.

Мешает идти вперед и уже снять с нее шмотки окончательно.

В животе все сводит, только вот не от возбуждения.

Никогда не верил в интуицию, но мужской, короткий крик дает понять, что мы с Кристиной больше не одни.

Она вскрикивает, подрывается с моих ног и ошалело смотрит на четырнадцать парней в черной форме.

Вооруженные до зубов, с черными, немигающими глазами.

А в них наша смерть.

Глава 11

Я никогда никого не убивал, хотя искалечил людей достаточно.

На ринге, что являлось отдушиной в обычной жизни.

В детдоме, где приходилось драться буквально за кусок твёрдого хлеба.

Приходилось вырывать с мясом своё. И если не бил ты, то били тебя.

В строительной бригаде, где провел много лет тяжелой работы, дослужившись до прораба, а потом открыв свой строительный бизнес. Тоже бывали драки и не раз.

Часто в клубе, где снимал очередную блядь.

Иногда моя темная суть выходила наружу. Стоило человеку сказать пару лишних слов, и у меня срывало крышу.

С контролем у меня проблемы. И поэтому я пускал в дело кулаки.